WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 108 | 109 || 111 | 112 |   ...   | 146 |

Можете ли вы себе представить, что вы могли заняться в ту пору такой же "общественной" деятельностью, как Сахаров? Или вы не разделяли убеждения Андрея Дмитриевича, что это необходимо, что это правильно? Я не видел способа исправить положение в стране, ничего не мог предложить. Ясно было, например, что во многом мы отстаем от Запада. Ему же казалось, что он может чтото предложить. Теперь для нас очевидно, насколько это тяжело отыскать способы не устранения, а хотя бы сокращения нашего отставания.

Надо ли вас понимать так, что вы довольно скептически оцениваете общественную деятельность Сахарова? Нет, отчего же, к той части этой его деятельности, когда он боролся с явной несправедливостью, я отношусь с большим уважением...

Вы имеете в виду его правозащитную деятельность?..

Да. А некоторый мой скепсис относится к его идеям, касающимся экономических вопросов.

Юлий Борисович, в августе 1973 г. вы подписали письмо сорока академиков, которое послужило сигналом для начала самой мощной кампании травли Сахарова. Мне рассказывали, что из всех сорока лишь две подписи удивили Андрея Дмитриевича Ильи Михайловича Франка и ваша. Что побудило вас поставить свою подпись? Дело в том, что с некоторыми положениями, которые развивал Андрей Дмитриевич, в частности, касающимися характеристик социализма и капитализма, я был не согласен. Сейчас я сожалею о своей подписи: никакие наши разногласия, разумеется, не должны были меня побудить участвовать в этой акции. И, конечно, я не ожидал, что за этим письмом последует такая кампания травли.

Не пытались ли вы както помочь Андрею Дмитриевичу, когда он был сослан в Горький? У меня были разговоры с Андроповым по этому поводу в ту пору он был председателем КГБ. Я пытался убедить его облегчить положение Сахарова. К сожалению, он мне отказал, не вдаваясь при этом в подробное обоснование отказа.

Вы не поднимали вопрос о возвращении Сахарова в Москву? Нет. Я понимал, что это безнадежно.

У вас были какиелибо контакты с Сахаровым в этот период? Нет. Переписываться с ним я не мог меня бы привлекли за это к ответственности. Так что он так и не узнал, что я ходил к Андропову.

На панихиде в ФИАНе вы сказали, что вы в последний раз беседовали с ним примерно за две недели до его кончины и между вами вышел спор. О чем он был? Спор был на тему, которая широко сейчас обсуждается. Он доказывал мне, что если мы сейчас объявим мораторий на ядерные испытания и продержимся достаточно долго, то в конце концов американцы вынуждены будут к нему присоединиться. Я убеждал его, что это ничего, кроме вреда, не принесет. У них ведь позиция совершенно четкая: пока ядерное оружие существует, испытания должны идти. Они явно лукавят при этом: дескать, ядерное оружие слишком сложная вещь, можно не уследить за мелкими изменениями технологии и в результате может случиться отказ, или произойдет какаято порча в процессе хранения; в общемто, все это правильно, но они ведь проводят испытания не только изза этого они со всей своей энергией ищут новые пути развития ядерного оружия. А если такой научный авторитет, как Андрей Дмитриевич, считает, что обходиться без испытаний можно, то такая позиция способна принести вред.

Когда мы беседовали три года назад и разговор зашел о моратории на ядерные испытания, Андрей Дмитриевич довольно равнодушно высказывался об идее моратория сказал, что никакой особой роли этот мораторий не играет...

Вот видите, значит, произошла эволюция взглядов.

Да, три года назад он считал подземные взрывы экологически чистыми, а сейчас сделалось ясно, что это не так...

Из интервью Сахарова "Литературной газете" (январь 1987 г.):

"Проблема запрещения подземных ядерных испытаний кажется мне второстепенной, вторичной по сравнению с другими проблемами ядерного разоружения. Новые системы ядерного оружия можно создавать, а старые проверять и без ядерных взрывов. В условиях, когда нет соглашения о запрещении ядерного оружия, подземные ядерные испытания, не наносящие экологического ущерба другим странам, являются внутренним делом каждого государства. Что было действительно важно, так это запрещение ядерных испытаний в атмосфере, в воде и космосе, наносивших огромный ущерб среде обитания. Я горжусь тем, что был одним из инициаторов Договора о запрещении ядерных испытаний в трех средах".



В заключение как бы вы определили то место, которое предназначено занять Сахарову в истории? Андрей Дмитриевич Сахаров совершенно уникальное явление в нашей науке, нашей общественной жизни. Это ясно было давно, но с течением времени будет становиться все ясней.

Пpиложение В качестве приложения к этому интервью сказать ли несколько слов о той недостойной антисахаровской кампании конца лета начала осени 1973 г., о которой вскользь помянуто в нашей с Юлием Борисовичем Харитоном беседе? Нынче всем хорошо известно: ядерная угроза была первым толчком, побудившим Сахарова стать на тропу "общественнопублицистической" деятельности, как он именовал свое четвертьвековое героическое, жертвенное подвижничество. И с тех пор он не сворачивал с этой тропы. Тем не менее в разгар брежневщины его обвиняли как раз в обратном в призывах к войне. Нет пределов для лжи. Отмашку к началу кампании августа сентября 1973 г. дала "Правда", напечатав 29 августа "Письмо членов Академии наук СССР".

Число подписчиков почемуто оказалось круглым сорок. Или так было задумано? Главным сборщиком подписей и выкручивателем рук (далеко не всем, конечно, пришлось выкручивать немало оказалось и добровольцев) был Главный теоретик космонавтики М.В.Келдыш.

Правду сказать, коекаких имен в этом списке недоставало В.Л.Гинзбурга, например, Я.Б.Зельдовича, П.Л.Капицы, М.А.Леонтовича, С.П.Новикова. Иные, с риском для себя отвергли предложение о подписи, другим и не предлагали, заведомо зная, что они откажутся.

При всем при том Виталий Лазаревич Гинзбург рассказывал, что он с тревогой раскрывал каждое утро газету, опасаясь увидеть свою фамилию под какойнибудь антисахаровской петицией. Такова была атмосфера.

Позднее, в 1980м П.Л.Капица написал письмо Ю.В.Андропову, вступаясь за сосланного А.Д.Сахарова и осужденного Ю.Ф.Орлова.

Кампания 1973 г. ценнейший памятник эпохи. Из письма сорока академиков невозможно понять, что же такое сказал в своем интервью зарубежным корреспондентам Сахаров (а именно это ставилось ему в вину), за что его следует решительно осуждать. Между тем все последующие письма, напечатанные в газетах, ссылались именно на это первое письмо, как содержащее некую информацию. То есть обсуждалось и осуждалось нечто неведомое, но обсуждавшие и осуждавшие делали вид, что предмет разговора им доподлинно известен.

Писатели:

"Прочитав опубликованное в вашей газете письмо членов Академии наук СССР относительно поведения академика Сахарова, порочащего честь и достоинство советского ученого, мы считаем своим долгом выразить полное согласие с позицией авторов письма..."

Медицинские академики:

"Мы, советские ученыемедики, оскорблены поведением академика А.Д.Сахарова, порочащим честь и достоинство советского ученого, и вместе с учеными Академии наук СССР решительно осуждаем..."

Словато какие "поведение академика Сахарова". Точно это не взрослый человек, известный ученый, а ученик пятого класса Ваня Сидоров...

Академикихудожники:

"Мы, члены Академии художеств СССР, целиком поддерживаем протест членов Академии наук СССР, опубликованный в газете „Правда", и решительно осуждаем клеветнические заявления академика Сахарова. Мы считаем его поведение..."

Композиторы:

"Ознакомившись с письмом членов Академии наук СССР, опубликованным в газете „Правда" от 29 августа, мы, советские композиторы и музыковеды, целиком присоединяемся к их оценке действий А.Д.Сахарова..."

Деятели кино:

"Мы, советские кинематографисты, ознакомившись с письмом группы академиков, опубликованным в газете "Правда", полностью присоединяемся к их оценке недостойного поведения А.Д.Сахарова..."

Интересно рассматривать сегодня подписи под письмами. Писательские, например: Ч.Айтматов, Ю.Бондарев, В.Быков, Р.Гамзатов, О.Гончар, Н.Грибачев, С.Залыгин, В.Катаев, А.Кешоков, В.Кожевников, М.Луконин, Г.Марков, И.Мележ, С.Михалков, С.Наровчатов, В.Озеров, Б.Полевой, А.Салынский, С.Сартаков, К.Симонов, С.С.Смирнов, А.Софронов, А.Сурков, М.Стельмах, Н.Тихонов, М.Турсунзаде, К.Федин, Н.Федоренко, А.Чаковский, М.Шолохов, С.Щипачев.

Или композиторские: Д.Кабалевский, К.Караев, П.Савинцев, Г.Свиридов, С.Туликов, А.Хачатурян, А.Холминов, Т.Хренников, Д.Шостакович, Р.Щедрин, А.Эшпай, Б.Ярустовский.





Или кинематографисты: Г.Александров, А.Алов, В.Артмане, С.Бондарчук, С.Герасимов, Е.Дзиган, С.Долидзе, М.Донской, В.Жалакявичус, А.Зархи, А.Згуриди, А.Караганов, Р.Кармен, Л.Кулиджанов, Т.Левчук, Е.Матвеев, А.Медведкин, В.Монахов, В.Наумов, Ю.Озеров, Ю.Райзман, Г.Рошаль, В.Тихонов, В.Санаев, И.Хейфиц, Д.Храбровицкий, Л.Чурсина, С.Юткевич.

Почемуто отставшие от поезда академики Н.Цицин и А.Имшенецкий напечатали индивидуальные письма. Надо полагать чтобы их молчание не посчитали вольнодумством. Забавно при этом: в письме А.Имшенецкого просочилось, что Сахаров всетаки выступает за мирное сосуществование, а не против. Собрат по академии лишь поучал Андрея Дмитриевича, что он делает это както не так:

"Горько видеть, что знания у специалиста сочетаются с абсолютным непониманием того, как он должен бороться за мирное сосуществование стран, имеющих различные социальные системы..."

Отдельно прислали письмо из Сибирского отделения Академии наук. Там среди других стояли подписи М.А.Лаврентьева, Г.И.Марчука, А.Н.Скринского, А.А.Трофимука, В.А.Коптюга, С.С.Кутателадзе.

С осуждением Сахарова выступил известный полевод, почетный член ВАСХНИЛ Т.С.Мальцев:

"Я до глубины души возмущен и вместе с тем удивлен, что среди академиков нашелся человек, которому не дороги принципы мирного сосуществования..."

Тут, видите, опять мирное сосуществование не дорого.

"...Он заодно с заядлыми нашими врагамиимпериалистами стремится чинить препятствия налаживанию мирной жизни народов нашей планеты.

Члены Академии наук правильно осудили отступника. Академик Сахаров заслуживает всеобщего презрения за предательство интересов науки, интересов советского народа, всего прогрессивного человечества".

Еще крепче "прикладывал" Сахарова белорусский академик Н.Еругин:

"Забросив науку, он ринулся в атаку на мирную советскую политику, на советский образ жизни. Маска сброшена, перед нами предстала, по сути дела, марионетка в руках темных империалистических сил".

Интересно, до чего бы договорились авторы этих писем, распаляя друг друга, если бы эта кампания длилась не неделю, а дольше.

Одновременно с письмами известных деятелей печатались письма рядовых читателей:

"Мы, представители многотысячного коллектива рабочих Автозавода имени И.А.Лихачева..."

"Мы, механизаторы тракторной бригады ордена Ленина колхоза имени ХХ съезда КПСС Новоукраинского района Кировоградской области..."

"Мы, доменщики Магнитогорска..."

"Коллектив нашей бригады с возмущением узнал о поведении академика Сахарова..."

"Наши колхозники до глубины души возмущены непорядочными действиями академика Сахарова..."

"Я и мои товарищи по труду прочитали письмо выдающихся советских ученыхакадемиков по поводу недостойных действий академика Сахарова..."

Какие действия? Какое поведение? спросить бы у тех, чьи фамилии стоят под этими строчками.

Впрочем, известно, как в былые годы "организовывались" подобные "письма трудящихся".

Как пятнадцать лет назад Пастернака, Сахарова упрекали в том, что он неблагодарный едок народного хлеба.

"...Человек, который, используя все блага советского строя, стал ученым, живет в условиях, которым позавидовали бы многие ученые мира... (я тут вспоминал двухкомнатную обшарпанную квартиру Сахаровых на улице Чкалова. О.М.)...теперь пытается охаивать и миролюбивую политику нашей партии, и советский образ жизни".

"Как можно пользоваться благами советского ученого и гражданина и в то же время поносить самое святое Родину нашу, отвоеванный и укрепленный мир?" "...Неблагодарность... к народу, тебя воспитавшему, к Родине, создавшей все условия для плодотворной успешной работы, преступна".

"...Не укладывается в сознании, как гражданин Советского Союза, используя все блага нашей жизни, все, что дано советским строем, мог дойти до такого падения!" Бывший партизан из Подольска рассказал в своем письме об украинской Зое партизанке Кате Ганзиной, замученной и сожженной в известковой печи. У читателя создавалось ощущение, что это чуть ли не Сахаров ее замучил и сжег.

Pages:     | 1 |   ...   | 108 | 109 || 111 | 112 |   ...   | 146 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.