WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 92 | 93 || 95 | 96 |   ...   | 146 |

Вернувшись в Москву, Андрей узнал все это от когото из академических знакомых и спросил меня, не знаю ли я подробности и причины. Его особенно возмущало сожжение архива. Жгли его не кадровики, для которых такое занятие является рутинным, а доктора наук, причем, как выразился Андрей, "из хороших фамилий". Подробностей я не знал, а о причинах мне рассказывали приятелиматематики. После войны Иван Матвеевич заболел антисемитизмом. Причем не абстрактным, а весьма действенным: Виноградов обладал огромной властью в научноадминистративной сфере, намного превосходящей его институт, стерильно очищенный не только от евреев, но и от мужей евреек. Люди, бывшие у него дома, рассказывали, что зачастую, когда речь заходила о какомнибудь математике, хозяин вытаскивал из ящика стола письмецо этого математика, сообщавшее, что автор стопроцентно русский человек и крещен тамто и тогдато, а вот у его конкурента на должность или академическое место мать жены еврейка. И только ради спасения чести цвета отечественной математики стекловские доктора наук сожгли не читая! все письма, хранившиеся Виноградовым.

Собачья чушь! отрезал Андрей. Неужели эта кучка сикофантов составляла цвет нашей математики? Не Сергей же Новиков и Людвиг Фаддеев сочиняли такие доносы. Все куда проще. Небось, у самих докторов или у их дружковприятелей было рыльце в пушку! А ведь они сожгли, может быть, и письма великих: Харди и Литтльвуда, Шнирельмана и Гельфонда. Но и блевотину эпохи нельзя жечь она нужна истории... А те, кто придумал такое оправдание, они не ссылались на Пушкина? Мол, Пушкин радовался, что Мур сжег дневники Байрона. Тут Пушкин абсолютно не прав! Написал он это, я думаю, сгоряча, обидевшись на Левушку, читавшего в столичных салонах сугубо личные письма брата. И потом, за всю оставшуюся ему жизнь он ни разу не повторил эту мысль. Напротив, он больше всего ценил чужие дневники и воспоминания и кого только не тянул, чуть ли не силком, писать их. Слава Богу, Жуковский не сжег тетрадь, где написано, что дежурный офицер, увидевший голую жопу императрицы в ее последний час, имеет все основания писать мемуары... Забавно, в письме о Байроне Пушкин пишет, что не следует показывать великих людей на судне, а годы спустя сам каламбурит про Екатерину Великую:

флоты жгла, И умерла, садясь на судно.

Острое чувство слова проявлялось у Сахарова и в его интересе к каламбурам.

В горьковские времена он получил записку с утешением: нет пророка в своем отечестве. Я тогда вспоминал два стиха из лагерной поэмы моих друзей:

Что ж, дайте срок, дождетеся пророка...

Пророку бы не дали только срока! и Андрей несколько раз повторил вслух эти строки, передвигая ударение каждый раз на другое место.

Были у него и куда более серьезные упреки Пушкину. За "Записку о народном воспитании" и стихотворения 31го года, названные Вяземским "шинельными".

Имперская позиция, по мнению Сахарова, как эстафетная палочка передавалась через поколения. От Пушкина и Тютчева до П.Л.Капицы.

Имперский дух им всем подгадил! Но они всегда с уважением говорили о противниках. Как и "бард британского империализма" Киплинг. Ведь баллада о Востоке и Западе написана про Афганистан, войну с которым Англия проиграла. А наши теперешние доморощенные киплинги только и умеют, что обливать врагов грязью и дерьмом. И все это в сочетании с глупой трусостью. Как в твоем рассказе о Шерлоке Холмсе[18].

А к антисемитизму у Сахарова была жесткая и абсолютно бескомпромиссная ненависть. Любое, даже косвенное или зачаточное его проявление вызывало мгновенный отпор. Тут и чувство юмора изменяло Андрею. Вскоре после начала работы Первого Съезда он спросил меня: видел ли я по телевизору Станкевича? Говорят, что у него очень похожая картавость. Так ли это? Ведь человек своего голоса понастоящему не знает. Я брякнул, что картавят люди моей породы, а они со Станкевичем грассируют. И получил от Андрея форменную выволочку.

К С.Станкевичу и еще нескольким молодым депутатам он относился с какойто трогательной надеждой.

Ведь он старше моего Димки всего на пару лет! Их поколению расхлебывать старое и сооружать новое. А наше долго не протянет... Помнишь, сразу после войны привезли песенку стариковфольксштурмистов:

Wir alten Affen Sind neue Waffen[19] Впрочем, когда начали заниматься neue Waffen, я был вполне молодой обезьяной. Как нынешний Болдырев... А Пушкина в Лицее звали "смесь обезьяны с тигром", нырнул Андрей в начало прошлого века.



Модные сейчас рассуждения о глубокой религиозности позднего Пушкина Андрей не принимал всерьез. Конечно, Пушкин восхищался Библией, перечитывал ее и знал лучше иного богослова. Еще в Михайловском "Шекспир и Библия". Без Библии не было бы не только стихотворений последних лет, но и "Анчара".

Однако в 25 лет он написал цикл "Подражания Корану", а позже гениальное "Стамбул гяуры нынче славят...", пропитанное мусульманской нетерпимостью.

Почему бы тогда не утверждать, что Пушкин склонялся к исламу? Когда аятолла Хомейни приговорил к смерти писателя Рушди, чемто оскорбившего любимую жену Пророка, некоторые наши патриоты, считая, конечно, смертный приговор чрезмерным, с пониманием отнеслись к оскорбленным религиозным чувствам иранских фанатиков и полностью одобрили их праведный гнев, близкий по духу к инвективам "литроссиян" против Синявского. В связи с одной из публикаций такого толка Андрей заметил:

Рушди теленок по сравнению с нашим Пушкиным. Во всей мировой литературе нет произведения более кощунственного для истинно верующего христианина, чем "Гавриилиада". Божия Матерь прямо перед тем, как понести от Святого Голубка, с охотою отдавалась Лукавому и Архангелу! А у Рушди всегонавсего намек на неблаговидное поведение Айши. Нашим "хомейни" следовало бы предать сочинителя "Гавриилиады" вечному проклятию, а заодно пригрозить смертью всем издателям его сочинений. И я понимаю, что Пушкин был навсегда благодарен Николаю за то, что тот закрыл "Дело" и спас его от пожизненного заточения в монастырь. Полежаева ведь за обыкновенную студенческую похабщину отдали в солдаты... А какие стихи! Все гаремные описания в "Бахчисарайском Фонтане" бледная тень по сравнению с тем, что в "Гавриилиаде". И сколько озорства! Забавно[20], что почти в одно и то же время Пушкин одалживает у Крылова "самых честных правил" для "моего дяди", а "Шестнадцать лет... бровь темная..." в описании Марии заимствует из "Опасного соседа" своего дядюшки! И заметь, что Пушкин всюду снижает небесное начало Богородицы "с сыном птички и Марии!" и подчеркивает ее земную прелесть. Вот и в "Мадонне" ему хочется иметь картину "без ангелов". Само сравнение невесты с Пречистой Девой достаточно греховно.

Пушкин страстно торопил свадьбу с Натальей Николаевной вовсе не для того, чтобы на нее молиться... В дневнике есть запись: "Я очень люблю царицу". Я думаю, что в приступах поэтического воображения он бывал неравнодушен и к Царице Небесной. Так что стихи Не путемде волочился Он за матушкой Христа, упрек не только рыцарю бедному, но, в какойто степени, и самому Пушкину... А эти, вместо живого, противоречивого Пушкина, пытаются сотворить новый миф. Раньше все время напирали на народность. Теперь на православие поэта. Того гляди дойдут и до последнего члена уваровской триады самодержавия.

Кстати, о мифотворчестве. В "Книжном обозрении" напечатали статью Г.Ханина о пробуксовывании нашей науки, статью хорошую и дельную, но, к сожалению, с перехлестами. Например, утверждалось, что к антисахаровским заявлениям принудили практически всех членов АН, не поддались только П.Л.Капица, И.Е.Тамм, В.А.Энгельгардт и еще дватри академика. Я написал письмо в "КО": не замаралась большая часть списочного состава АН, что же касается названных поименно, то правильно указан лишь Капица. Конечно, Тамм не принял бы участия в такой недостойной кампании, но он умер за два года до ее начала. А Энгельгардт подписал обе академические коллективки "сороковку" и "нобелевскую".

Узнав, что моя заметка не пошла в печать (изза переполненности портфеля редакции), Андрей сказал:

Миф всегда выигрышней и понятнее действительности... "Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман..." Лет через десять станут писать, что Комитет поддержки объявившего голодовку астрофизика имел предметом не доктора Хайдера, а академика Сахарова. И что председатель этого Комитета не на командировочные тысячи летал в Вашингтон, а за свой, кровный четвертной купил тудаобратный билет в Горький... Я тогда очень переживал поведение Энгельгардта. Какой великолепный человек скурвился! Интеллигент высшей пробы. Патриций... Евгений Львович рассказывал прелестную историю.





В газетах писали про открытие новой частицы, предсказанной теоретиками, и в перерыве Общего Собрания АН Энгельгардт спросил об этом Д.В.Скобельцына.

Тот выставил замену стоявшего неподалеку Е.Л.Фейнберга. Когда членкор Фейнберг закончил объяснения, академик Энгельгардт повернулся к академику Скобельцыну и с легким поклоном сказал:

Спасибо, Дмитрий Владимирович!.. Слава Богу, у "Илиады" не болел живот[21].

Сахаров был прав мифотворчество продолжается. Не прошло и года со дня его смерти, а уже в "Известиях" можно прочесть: "Николай Вавилов, Петр Капица, Николай Семенов, Андрей Сахаров своими позициями и поступками спасали честь отечественной науки". Семенов великий ученый, на счету которого немало добрых дел, но его подпись стоит под обоими поносными письмами, в которых Сахаров клеймится как раз за то, что сейчас называется спасанием чести нашей науки. Так что столь близкое соседство в обойме на четверых не удивит лишь людей с очень короткой памятью.

Самое противное в академическом начальстве это сочетание сервилизма по отношению к высшей власти со шляхетским высокомерием к тем, кто является настоящим костяком науки, сказал Андрей, узнав о реплике "Чернь пытается навязать нам свою волю", отпущенной одним из вицепрезидентов во время мятежа академических институтов. И добавил:

Сейчас у нас вместо кухарок вицепрезиденты Академии наук. Каждый рвется управлять государством. Лезут через все щели в народные депутаты. Один даже через общество шведскосоветской дружбы.

В разгар выборных баталий мне вспомнились пушкинские стихи:

Оратор Лужников, никем не замечаем, Мне мало досаждал своим безвредным лаем.

Времена меняются, ответил Андрей. Но все равно попридержи язык.

"Сейчас не время помнить..." А то подхватит какойнибудь газетчик.

В своих публичных выступлениях, в том числе с самых высоких трибун, Сахаров часто пользовался привычным обращением "товарищ". Честно говоря, я не замечал этого, пока не начала жить "Московская трибуна". Уже на первом учредительном собрании, с легкой руки Л.М.Баткина, основной формой стали "коллеги!". И иногда "друзья!", в особых случаях "господа!", а если кто и говорил "товарищ!", то сразу же поправлялся. Один только Андрей оставался "со товарищи". Позже он ответил мне, что эмоциональная окраска слова, его плюсминус значение образовались у него в детстве. И "товарищ" пришел к нему не с газетных страниц, а из "Капитанской дочки", "Судьбы товарищей, братьев...", "К Чаадаеву"...

Что ж, теперь прикажешь читать: "Коллега, верь: взойдет она..."? А вот слово "патриот" до сих пор существует для него в двух ипостасях.

Французская, из "Марсельезы", и Виктора Гюго со знаком плюс. А на русской стоит клеймо "Господина Искариотова" и щедринского "потреотизма".

Запинки и сбои в речах, принимаемые многими за легкое косноязычие, на самом деле всегда имели причиной поиск максимально точных слов для выражения мысли. Он стремился к этому даже в самых экстремальных ситуациях, например в момент червонописской истерии зала. Задолго до нее, еще во время первых нападок на канадское интервью, Андрей заметил, что стрелять в сдающихся солдат могли, вообще говоря, и без особого приказа сверху. Потому как по военному Уставу и по Уголовному кодексу добровольная сдача в плен есть величайшее преступление. Недаром во всех художественных произведениях, очерках и статьях на темы последней войны все положительные персонажи не сдаются, а попадают в плен в бессознательном состоянии. Сразу после ТВпоказа кремлевского заседания я вспомнил об этом разговоре и заглянул в старый УК, изданный в 1938 г. Там не оказалось отдельной статьи о плене, а в статье 19322 была вполне разумная формулировка:

"...Самовольное оставление поля сражения во время боя, сдача в плен, не вызывавшаяся боевой обстановкой...", замененная сейчас на "добровольную сдачу в плен по трусости или малодушию".

Сообщив это по телефону Андрею, я справился о его самочувствии.

Не волнуйся. Мне не привыкать к нападкам. Я же мог отбиваться и, помоему, успел сказать главное. Не то что последние месяцы в Горьком, когда я чувствовал себя как мышь в стеклянной банке, из которой постепенно выкачивают воздух.

Pages:     | 1 |   ...   | 92 | 93 || 95 | 96 |   ...   | 146 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.