WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 || 28 | 29 |   ...   | 32 |

— Единственный замок, что оставался у нас, был сломан на прошлой неделе, — пояснила мама.

— Ничего, найду крепкий замок и поставлю на дверь, — сказал отец более решительно.

— Отлично, вы знаете, что нужно достать новую дверь, если потребуется. Этот аспект возьмите на себя. Каждый раз, когда дело доходит до приступа, я хочу, чтобы вы запирали его в комнате на десять минут. Так, когда вы оба дома, думаю, проблемы не возникнет — один может взять его под руки, другой — за ноги. Вдвоем справитесь? — О, да, — кивнула мама.

— Точно, — согласился отец.

— Теперь, — продолжала терапевт, повернувшись к маме, — обсудим ситуацию, когда вы дома одни. У вас есть сосед или приятель, готовые прийти и помочь вам? — Недалеко живет девочка, которая весит около пятидесяти килограммов, — задумчиво проговорила мама. — В экстренном случае я могу обратиться к ней.

— Это экстренный случай, — заметила терапевт.

— К сожалению, большинство наших соседей — пенсионеры. Я просто не могу обратиться с подобной просьбой к людям старше шестидесяти.

— Ктонибудь еще, пусть даже пятидесятикилограммовая де­вушка? — Да, — засмеялась мама, — ее я могу попросить.

— Я абсолютно серьезна. Итак, теперь каждый раз, когда Артур начинает свою истерику, он должен пробыть десять минут в комнате. Если он выходит и продолжает бесноваться, то идет обратно в комнату. Первый раз, может быть, мальчик проведет в комнате час, пока не успокоится. Может быть, и дольше, пока он не сможет вести себя нормально. Но каждый раз, когда он начинает или продолжает истерику, он отправляется в комнату.

— Хорошо, — согласилась мама.

— Я дам вам мой домашний телефон. Не стесняйтесь, звоните, если что. Встретимся на следующей неделе, а сейчас я бы хотела, чтобы вы объяснили Артуру все в подробностях. Не приступите ли прямо сейчас? — обратилась она к отцу.

Хотя мальчик присутствовал при разговоре, было очень важно, чтобы именно родители, а не терапевт, сказали ему, что они собираются следовать разработанному плану. Отец подозвал мальчика и предложил ему сесть на стул рядом с собой.

— Ты слышал? — начал отец.

— Да, я устал, — вздохнул мальчик.

— На следующей неделе, — сказал отец, — каждый раз, когда у тебя будут твои маленькие вспышки, мы будем помещать тебя в твою комнату и запирать дверь на десять минут.

— Ну, не удивляйтесь, если я сломаю дверь.

— Ну, это такая процедура, понимаешь? — Да.

— Отлично.

— А если он сломает дверь, — вступила терапевт, — это означает дополнительные десять минут.

— Хотите, чтобы я все двери в доме переломал? — мальчик посмотрел на нее.

— Мы поставим новую дверь, за это не волнуйся, — успокаивающим тоном заверил его отец.

На следующей неделе на встрече терапевта ждал удивительный рассказ. Мама сказала, что в субботу утром, когда ее муж играл в гольф, мальчик закатил истерику. Она схватил его и затолкала в комнату. На дверь еще не был поставлен замок, так что ей пришлось удерживать дверь полчаса, пока ее сообщение не дошло до мужа и он не приехал из клуба.

— Если не считать того случая, что произошел в субботу, — удивленно сказала мама, — мы провели чудесные выходные. Лучшие за много месяцев.

— Я поражена, — отреагировала терапевт.

— Я тоже, — засмеялась мама.

— Когда меня еще не было дома, — вступил отец, — он колошматил палкой с резиновыми наконечниками по двери. Чтобы дать выход своей ярости. Соседи не могли понять, что происходит. Моя жена отобрала у него палку, так что, когда я приехал домой, я принес ему в комнату боксерскую грушу, чтобы было что ко­лошматить.

— Итак, это был единственный случай? — спросила терапевт.

— Ну, пару раз вспыхивала словесная перепалка, но ничего похожего на его приступы. Даже не помню, в чем там было дело.

— Это на самом деле была лучшая неделя за все прошедшие месяцы, — сказала мама.

— Прошлым вечером я остался с ним дома один, — продолжал отец. — Он говорит мне: “Мама сказала, что, если ты не будешь против, я могу пойти погулять”. А за день до этого он гулял до темноты, и я ему отвечаю: “Нет, я против”. Он чтото пробормотал и говорит: “Проклятье, я хочу гулять, это нечестно”. Я просто промолчал, и он постепенно забыл об этом. Если бы это происходило на прошлой неделе, была бы колоссальная сцена по поводу запрета на прогулку. Я вам гарантирую.

— Я должна похвалить вас обоих, — объявила терапевт. — Вы так добросовестно проделали всю работу, которая выпала вам в выходные. Удерживать дверь в течение получаса не простое дело.

— Ей досталось, — кивнул отец.

— А вы — поспешили домой, поставили запор или что там требовалось.

— Ну, сначала я утихомирил его, — пояснил отец, — а потом поставил задвижку. Такая тяжелая, серьезная штука, но второй раз ею пользоваться нам не пришлось.

— Я не думала, что заключение в комнату хоть както на него подействует, — сказала мама. — Десять минут в комнате, с моей точки зрения, не могли произвести на него никакого эффекта. Для остальных могло стать облегчением, что он изолирован. Но он неожиданно так обиделся. Он не любит сидеть в своей комнате, и он дал мне это понять. В субботу утром, когда я тащила его, на полпути к его комнате он сказал: “Я прекращу. Я прекращу. Я сейчас успокоюсь”. Я ему ответила: “Слишком поздно. Ты ударил меня и кричал на меня, и десять минут — это не навсегда”. Прекратил он только примерно через час.

— Я должна похвалить вас за то, что вы столько выдержали. Единственное, что меня волнует, это скорость произошедшей перемены.

— Честно говоря, я поражена, — сказала мама.

— Вы привели ко мне мальчика, который разбил нос учительнице, и вся проблема виделась очень серьезной. Давайте немножечко подождем, посмотрим, не случится ли чтонибудь на следующей неделе. Посмотрим, не будет ли разработанный нами план хитро саботироваться. Понимаете, мы должны заранее спланировать, что вы будете делать, когда окажетесь в гуще битвы, — в прошлый раз вы были на высоте, но чего можно ожидать в будущем? — Не знаю, — с сомнением ответил отец. — Всю эту неделю он делал все уроки. Это чудо.

Ни мама, ни папа не смогли представить ничего, что могло расстроить выполнение плана. Терапевт предложила отцу сделать чтонибудь совместно с сыном для облегчения маминой ноши, и те решили приготовить однажды ужин. Казалось бы ерунда, но позже папа поделился своим удивлением по поводу огромного количества дел, которые им пришлось переделать, чтобы приготовить ужин на четверых.

На следующей неделе семья снова пришла к терапевту и рассказала, что все идет замечательно. Они обсудили проблемы организации работы по дому и успехи мальчика в учебе. Через неделю они снова пришли на встречу, и снова все было в порядке, поэтому терапевт отпустила их через десять минут, предложив забрать плату за визит и потратить эти деньги на семейный ужин в какомнибудь симпатичном ресторанчике.

На этом формальная терапия закончилась. Телефонные проверки подтверждали, что мальчик ведет себя хорошо. Часовая встреча по прошествии шести месяцев показала, что в различных аспектах их жизни наступило улучшение. Мама рассказала, что школьные дела Артура становятся все лучше и лучше и сейчас у него очень хорошая учительница. Она добавила, что учительница стремится, чтобы Артуру было уютней в школе, хотя ей на это не всегда хватает времени и сил, шутка ли — восемнадцать мальчишек в классе. Мама также рассказала, что ее сын и учительница совместно разработали следующий план: когда Артур чувствует злость и уже не может нормально работать в классе, он сам идет в учительскую, садится там за парту и занимается. Это вполне удовлетворяет учительницу.

— Он сам заставляет себя работать в одиночестве? — переспросила терапевт. Она встала и пожала мальчику руку: — Я просто обязана пожать руку молодому человеку, который научился у родителей справляться со сложными ситуациями и покидать огневые рубежи, чтобы взять себя в руки.

— Он и помимо школы делает успехи, — гордо сказал папа и описал, как мальчик помогает по дому и выносит мусор.

— Он стал полностью отвечать за свою комнату, — добавила мама. — Каждое утро стелит постель. Раньше он это делал иногда, а сейчас практически все время.

Родители рассказали, что с сестрой Артура тоже все в порядке, в их стычках она храбро отстаивает себя.

Подводя итоги, мама сказала: “Мне кажется, сейчас ему намного лучше, потому что раньше он чувствовал, что может делать все, что взбредет в голову, несмотря даже на то, что сам ужасно страдал от сделанного. Я думаю, он счастлив знать, что его кошмарное поведение больше никто терпеть не будет. Больше я от него не слышала, что он себя не любит”.





Позже терапевт спросила родителей, что, по их мнению, сделало терапию столь эффективной.

— Я был удивлен до глубины души, добившись решения проблемы, — сказал папа. — С профессионалами я раньше дела не имел, но считал, что все будет очень теоретически, потребуется по меньшей мере год и команда психоаналитиков, чтобы найти ответ. Думал, что проблема очень глубока, уходит корнями в десять поколений предков и так далее. Поэтому ваше решение посадить парня под замок в его собственную комнату очень меня удивило. Но мы чистосердечно выполнили задание, и этот прием сработал так здорово, что я просто глазам своим не поверил. В какомто смысле это возродило мою веру в необходимость быть строгим. Годами я пытался общаться с моими детьми на уровне психологии.

— Я думала, что будет, — рассказала мама. — Вообщето, я думала, что со мной чтото не в порядке. Потому что все шло вкривь и вкось, вот я и думала, что изменись я и все наладится. Я была совершенно сбита с толку, когда мы ушли от вас в первый раз. Я была готова попробовать то, что вы предложили, но была в полной растерянности. Ято ожидала чтото вроде психоанализа, — она засмеялась. — А все, что вы сказали: “да, ситуация действительно вышла из под контроля”, и я подумала, что, ну, вы понимаете. Его надо изолировать, когда он так себя ведет. Когда ему было тричетыре года, я усаживала его на пять минут, а потом перестала это делать, — помолчав, она продолжала: — В нашей семье существовало два типа правил. Один — для всех, другой — для Артура. Столько обиды и возмущения накопилось. Решением вашим я была озадачена, но очень хотела попробовать. Я подумала, а действительно, почему он имеет право своими вспышками портить всей семье целый день? Его надо просто изолировать.

— Ему повезло, что у него есть родители, готовые бросить игру в гольф и подпирать дверь в течение получаса, рано утром и в ночной рубашке.

— Господи, как я рада, что все это позади, — воскликнула мама.

11. РЕБЕНОК, КОТОРЫЙ ОТКАЗЫВАЛСЯ ХОДИТЬ В ТУАЛЕТ [5 Краткое описание данного случая, без расшифровки диалогов, было опубликовано в книге Джея Хейли “ProblemSolving Therapy: New Strtegies for Effective Family Therapy” (San Francisco: JosseyBass, 1976).] Родители оказались молодой парой, принадлежащей к среднему классу. Они очень заботились о том, чтобы воспитывать своих детей без ошибок. Оба получили высшее образование, папа работал компьютерным инженером. Маму, весьма привлекательную молодую женщину, ужасно волновало, что терапевт подумает о ней и ее способности справляться с проблемами. У них было двое детей: пятилетний Тимми и трехлетний Билли, активные, симпатичные мальчуганы, быстро сориентировавшиеся в кабинете для семейных интервью и занявшиеся игрой в деревянные кубики.

Проблема была связана с пятилетним Тимми. Он не был приучен к горшку. Он ни разу в жизни не имел стула в туалете. Отношения его брата с туалетом были абсолютно нормальные. Тимми же простонапросто не пользовался ни унитазом, ни горшком. Как он говорил: “Я какаю в штанишки, а когда ложусь спать, иногда я лежу и какаю в пижаму”. Семья прошла три диагностических интервью у детского психиатра, который сделал вывод, что ребенок нуждается в длительной интенсивной индивидуальной терапии. Данную проблема посчитали серьезной, а следовательно, требующей экстенсивного изучения мыслей и фантазий ребенка с помощью игровой терапии. После сделанного заключения семья была направлена на психотерапевтическое лечение к доктору Куртису Адамсу. На первом интервью доктор Адамс, тоже детский психиатр, попросил родителей описать проблему и то, что было сделано для ее решения.

Мама рассказала, что мальчик ни за что не хочет иметь стул в туалете, неважно что ему говорят или как часто его сажают на унитаз. Мама постоянно стирала одежду Тимми. Он либо в течение нескольких дней сдерживал стул, что приводило маму в панику, либо имел стул несколько раз в день, что держало ее в постоянном напряжении, ведь приходилось все время проверять, не нужно ли сменить одежду.

— Я начала волноваться, когда ему исполнилось три, — объясняла мама — Обратилась к врачу. Он сказал мне: не берите в голову и не делайте из этого проблемы.

Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 || 28 | 29 |   ...   | 32 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.