WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 ||

— Верно, — согласился священник. — Может быть, мы поразному подходим к этому делу, но, без сомнения, мы оба пытаемся помочь людям в беде.

— Вот именно, — отозвался Ян, — и уверен, вамто не нужно рассказывать, что, когда мы помогаем людям преодолеть несчастье, мы порой становимся немного надменными и снисходительными. Чувствуем, что мы лучше, чем остальные.

— Верно. Это грех гордыни.

— Точно. Иногда мы ищем спасения от этого, создавая себе проблему, с которой не можем справиться. Проблема дарует нам смирение.

— Вы предполагаете, что мне необходима эта безумная вещь, связанная с душем.

— Вовсе нет. Я просто предполагаю, что с этой проблемой вам будет не такто легко расстаться. Задумайтесь на мгновение о последствиях. Вы больше не будете разочарованием для своей матери, со всеми последствиями этого для нее. Вы займете в церкви более высокую должность, вы будете более уверены в себе, вы не будете чувствовать вину перед лицом тех, кто обратился к вам за помощью.

— По правде говоря, доктор Уорф, мне кажется, я смогу все это пережить.

— Думаю, сможете, — согласился Ян, — я не заходил бы с вами так далеко. Тем не менее, когда вы изменитесь, вы увидите, что вас ждут не только розы и солнце, — Ян затушил сигару в пепельнице и откинулся, скрестив руки на груди. — Итак, вы готовы делать то, что я вам скажу? — Да, готов, — решительно ответил священник.

— Хорошо. Первое: я хочу, чтобы вы написали матери и не только сообщили, что получили повышение, но и что ждете его не дождетесь. Я хочу, чтобы вы написали, что польщены этим предложением и уверены, что справитесь с новой должностью. Письмо должно уйти сегодня.

— А что, если я откажусь после того, как она получит письмо? — Вы хотите сказать, что написанное будет неправдой? — Нет... ну, да. Неправда, что я уверен, что справлюсь.

— Что вы думаете, ответит ваша мать? — Она будет рада, конечно.

— Я так не думаю. Думаю, она ответит чтонибудь такое, что заставит вас засомневаться в ваших способностях.

— Это неправда, доктор.

— А я думаю, правда.

— У вас свое мнение, у меня — свое. Я мог бы еще добавить, что знаю свою мать несколько дольше, чем вы.

— Если вы в письме выразите уверенность в себе, то обнаружите, что я прав. Но мне не хочется требовать от вас слишком много. Давайте так сформулируем. Вы должны написать, что перед вами открылись новые возможности и вы рады этому. Напишете ли вы, что уверены, что справитесь, я оставляю решать вам, если вы не хотите рисковать. Договорились? — Договорились, — холодно промолвил священник.

— А теперь душ, — Ян наклонился вперед и посмотрел на священника внимательно, а его правый глаз медленно пополз вверх. — Я хочу, чтобы на следующей неделе вы принимали душ три раза в день — утром, днем и вечером.

— Три душа в день? — Правильно.

— Это не слишком много? — Когда вы будете принимать душ, я хочу, чтобы вы внимательно последили за собой, испытываете ли вы удовольствие там внизу и даете ли себе согласие на это.

— Хорошо, так и сделаю.

— Дальше, если во время мытья вы обнаружите, что сомневаетесь в том, соглашались ли получать удовольствие — пусть даже тень сомнения мелькнет, — тогда вы должны сделать следующее: вы должны выйти из душа и вытереться насухо. Вытершись, вы должны снова стать под душ и сделать воду чуть похолоднее. Вы должны снова принять душ, и если в зародится сомнение, пусть даже тень сомнения, вы должны немедленно выйти из душа и вытереться насухо. Затем вы снова становитесь под душ и делаете воду чуть похолоднее. Вы снова принимаете душ, и если чувствуете малейшее сомнение, повторяете всю процедуру заново, пока не примете душ от начала до конца без всяких сомнений относительно того, чего вы хотите или чего не хотите.

— Боже милостивый! — воскликнул в ужасе священник. — Если я буду делать это три раза в день, мне, может, придется провести весь день в душе! — Может быть, — ответил Ян.

— Вы требуете слишком многого, доктор Уорф.

— Мои инструкции понятны? — Слишком понятны.

— Тогда повторите их, чтобы удостоверится в этом.

Повторив все аккуратно, священник с отчаяньем заметил: “Я так могу и не выйти из ванной”.

— Должны постараться, — сказал Ян. — На сегодня все. Увидимся на следующей неделе в то же время.



— Послушайте, доктор Уорф, — сказал священник, — я не ожидал ничего подобного, когда соглашался делать то, что вы скажете. Как вы называете подобную психиатрию? Я читал Зигмунда Фрейда, я читал Салливана. Я предполагал, что вы будете заставлять меня говорить о... о моей сексуальной жизни, о том, где и как я познакомился с удовольствием, и тому подобных вещах.

— Мы договорились, — сказал, вставая, Ян. Когда священник нехотя поднялся, Ян добавил: — Никто не будет знать о моих указаниях, кроме меня и вас. Епископу не стоит сообщать о них.

— Я не могу объяснить ему, почему так долго торчу в душе? — Это ваша проблема, а не его, — и Ян направился к двери. — Я знаю, что вы справитесь. До следующей недели.

Он закрыл за священником дверь и направился к столу записать все, что он поручил делать священнику, чтобы не забыть это к следующей встрече.

В день, когда священник позвонил ему, Ян вернулся домой около шести часов. Только он уселся с чашкой кофе и бумагами, как зазвонил телефон и служба ответа доложила ему, что звонок срочный.

— Мне кажется, я схожу с ума, — заговорил священник, и голос его звучал как будто издалека. — Прошлой ночью я не сомкнул глаз и чувствую, что теряю власть над собой.

— Вы точно следовали моим инструкциям? — спросил Ян.

— Точно, — ответил священник, — но не думаю, что я выдержу. Это слишком. Вчера провел почти весь день в душе.

— Вы дали мне слово, — возразил Ян, — поэтому я жду, что вы будете продолжать.

— Чтото со мной происходит, — сказал священник. — Мы не могли бы встретиться сегодня вечером? — Уверен, что вы можете подождать до назначенного дня, — сказал Ян, оценивая, действительно ли священник может подождать. — Полагаю, мы сможем встретиться, но не думаю, что это необходимо.

— Если вы так считаете, я могу подождать, — сказал священник, и его голос совсем ушел из трубки.

— Ладно, сегодня вечером у меня есть немного времени, — небрежно сказал Ян. — Что, если встретимся в девять у меня в кабинете и обсудим все? — Спасибо, доктор, я приду.

Перед девятью Ян окликнул Лукрецию, которая лежала наверху, и сказал, что идет на работу.

— Снова? — спросила она.

— На этой неделе первый вечер, который я провожу на работе. Я ненадолго.

— Это действительно необходимо? — крикнула Лукреция.

— Может быть, — ответил Ян, — а, может быть, я просто хочу убраться отсюда к черту, — и хлопнул дверью.

Руки священника дрожали, когда он садился в кресло и зажигал сигарету.

— Я начал сомневаться, а стоило ли мне становиться священником, — сказал он, — и это ужасные сомнения.

Голос священника потерял ту полудраматическую окраску, с которой он ра­нее общался с Яном. Теперь он звучал бесконечно серьезно.

— Видите? — и священник вытянул вперед дрожащие руки. — Я не пил два дня, а у меня трясутся руки. Ни капли вина.

— Оо? — поднял брови Ян.

— Самоубийство — смертный грех, и тем не менее я готов решиться на него, — голос священника вновь приобрел актерские интонации. — Не освободите ли вы меня от нашего соглашения, доктор? — Нет.

— Иногда мне кажется, что вы дьявол. Я отдался в руки самого Сатаны, — священник ухмыльнулся. — Знаю, что верить в дьявола сейчас считается несколько старомодно, но я старомодный человек.

— Работа дьявола, — сказал Ян, — заставляет меня поинтересоваться, почему вы не пьете, чтобы облегчить ваши трудности.

— В этомто все и дело. Я не хочу их облегчить, — ответил священник.

— Хотя вино бы вас отвлекло? — небрежно обронил Ян, зная, что сэкономит время, если заблокирует священника против пьянства.

— Мне не хочется отвлекаться, пока у меня эта проблема, — продолжал священник. — Я стал священником не для того, чтобы иметь легкую жизнь. Я сделал это, чтобы посвятить жизнь Господу, — он вздохнул и потер лоб. — По крайней мере, это то, что я должен говорить, но на самом деле я не знаю, почему стал священником. Может, это была ошибка. Может, я ошибся с призванием. Отец мой был пьяницей, понимаете. Да, да, и очень необузданным человеком. Когда он был пьян, как он бил маму, как он бил меня — если мог поймать! Хотя в трезвом состоянии это был самый спокойный и милый человек на свете. Просто трезвым он был редко. Как мама умоляла его! Чем больше она заклинала его, тем больше он пил, чем больше он пил, тем чаще она показывала на него и заклинала меня не быть на него похожим. Уверен, что она ненавидела его, или, может, она ненавидела пьянство, потому что пьянство приносило ему удовольствие, — он взглянул на Яна и усмехнулся. — Если бы вы были настоящим психиатром, то должны были мне заметить, что я могу спиться, потому что отождествляю себя с отцом.





— О, вы проявляете много самостоятельности, — сказал Ян. — Думаю, что вы можете спиться и сами по себе.

— Вы не обидитесь, если я скажу, что вы ненастоящий пси­хиатр? — Не обижусь.

— Не обидитесь, если скажу, что у вас самый сумасшедший правый глаз, какой мне доводилось видеть? — Не обижусь, — ответил Ян.

— Я не могу сказать, когда вы на меня смотрите, а когда нет. Один глаз направлен на меня, а другой странствует по миру. Вы совсем не можете его контролировать? — Совсем.

— Как странно. На чем я остановился? — Вы говорили, что хотите походить на отца.

— Вот уж чего не хочу. Упокой, Господи, его душу, сейчас это все уже неважно, потому что он давнымдавно мертв. Однажды вечером он сидел на кровати, уставившись на мою мать, а она умоляла его чтонибудь поесть. Он внезапно опрокинулся навзничь и помер от сердечного приступа. Немного блевотины, и он покинул этот мир. Я это видел. Когда я понял, что он не просто отключился, как обычно, меня объял ужас. Бумс, и все. Мама на похоронах говорила всем и каждому, что предупреждала его миллион раз о сердце. Действительно предупреждала, признаю, а еще о печени, о селезенке и остальных жизненно важных внутренних органах. Доктор, вы не можете освободить меня от нашего договора? Я просто не вынесу завтра еще одного захода в душ.

— Нет, не могу.

— Вы дьявол, а не человек. Вы были правы насчет моей матери. Я написал ей то, что вы сказали. Она прислала мне письмо, которое я хотел вам принести, но не принес. Она написала, что счастлива, что я получил повышение и что епископ мне поможет, если я не буду справляться с моими новыми обязанностями. Она написала, что надеется, что я не буду слишком много пить и буду заботиться о своем здоровье, потому что на мне будет такое пятно, если Церковь доверит мне столь почетную должность, а я не справлюсь. А завтра я получу коробку печенья. Иногда она обращается так, как будто я все еще мальчишка и уехал в бойскаут­ский лагерь. Когда мне было девятнадцать, она запрещала мне гулять с девочками, потому что я был слишком молод. Иногда я спрашиваю себя, а не толкнула ли она меня стать священником, лишь бы я не достался ни одной женщине. Конечно, это глупая мысль, я знаю, она ведь очень набожная женщина. Доктор, со мной происходит чтото ужасное, что бы это ни было. Я не могу сосредоточиться на работе. Я не могу есть. Не могу спать, и я просто не в состоянии снова принимать душ завтра. Вы не хотите мне ничего сказать? — Думаю, вы идете на поправку, — сказал Ян. — Подобная реакция — это одно из проявлений выздоровления.

— Я рад, что вы воспринимаете все так спокойно. Хотя капелька сочувствия не повредила бы.

— Сочувствие вам не требуется.

— А предположим, я сойду с ума? — Обещаю навещать вас в психбольнице.

— Очень мило с вашей стороны. И лечить меня будете? — Не думаю, что это потребуется. Через какоето время вы сами себя вылечите, и потом вы же должны приступить к обязанностям в новом приходе.

— Это тяжелая ответственность. О конечно, я знаю священников, балансирующих на краю идиотизма и тем не менее занимающих более высокие посты, но все же это тяжелая ноша. Моя мать, может быть, и права, возможно, я не гожусь для такой должности. Иногда мне кажется, что я стал священником, чтобы больше никогда, никогда не получать указаний из уст женщины. Конечно, это не так, но это одно из преимуществ моей профессии. Можем ли мы сойтись на двух душах завтра? — Нет.

— Вчера я провел в душе почти весь день. Весь день я заходил и выходил из него. Позавчера происходило то же самое. Я почти пропитался водой.

— А сегодня? — Оо, сегодня только первый душ был проблемой, а два других прошли легче, чем я ожидал, — священник посмотрел на него с вызовом. — Но это не значит, что завтра сомнения снова не одолеют меня.

— Это верно, — сказал Ян, — и вам известно, что делать, если вас одолеют сомнения.

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 ||










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.