WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 27 |

Личный фактор, безусловно, в той или иной степени наложил отпечаток на стиль работы Министерства. Первый министр культуры П. К. Пономаренко осознавал наличие серьезных проблем в управлении культурой, но у него не было четких представлений как их решать. В середине 1953 года он говорил о предоставлении творческих условий для деятелей искусства следующее: «Что мы собираемся в этом смысле делать? Я затрудняюсь этот вопрос ответить [так в стенограмме]. Единственно могу сказать, что мы преисполнены желания создать им все необходимые условия. Конечно идти не на все, что они понимают под условиями, потому что по всякому понимают, но многое для них сделаем, потому что многое здесь неправильно» [168 ЦАОДМ, Ф. 957, Оп. 1, Д. 1, Л. 107]. А Н. А. Михайлов вносил новые инициативы скорее под влиянием внешних факторов: руководствуясь указаниями из ЦК, изменением обстановки в стране, выполняя настойчивые требования деятелей искусства. Для его периода руководства характерно повышенное внимание к откликам на политические события, имевшие к Министерству культуры подчас весьма отдаленное отношение. Например, в январе 1960 г. была специально созвана партийная конференция, на которой единственной темой было «Обсуждение решений Декабрьского (1959 г.) Пленума ЦК КПСС и задач Министерства культуры» [169 ЦАОДМ, Ф. 957, Оп. 1, Д. 129, Л. 2]. Пленум же был посвящен вопросам сельского хозяйства. В том же году была созвана еще одна партконференция, посвященная итогам визита Н. С. Хрущева в страны юговосточной Азии. Для Михайлова было особенно характерно увлечение администрированием, а также стремление к «проработкам» деятелей культуры. Приведем лишь два характерных случая. В 1958 году на коллегии Министерства было устроено разбирательство с артистом М. Бернесом, превратившееся фактически в публичную порку. Михайловым в присутствии коллегии было заявлено: «Искусство без вас обойдется, а как вы без искусства обойдетесь, трудно сказать» [170 РГАЛИ, Ф. 2329, Оп. 2, Д. 617, Л. 22]. Еще более показательный случай произошел с композитором Н. Богословским, которого Михайлов вместе с Союзом композиторов настолько усердно пытался исключить из данного творческого Союза, несмотря на все просьбы композитора, что только вмешательство Отдела культуры ЦК (организации далеко не либеральной), заставило отменить уже принятое решение об исключении Н. Богословского о восстановить его в составе членов Союза [171 РГАНИ, Ф. 5, Оп. 36, Д. 68, Л. 27]. Отдел культуры предлагал лишь ограничиться строгим выговором.

Даже в период кратковременного пребывания на посту министра Г. Ф. Александрова были воплощены в жизнь или сделаны попытки проведения целого ряда новых инициатив. Это, например снижение цен на кинобилеты, попытка изменения цен на театральные билеты, попытка привлечения самих крупнейших деятелей искусства к управлению культурными процессами, о чем речь пойдет ниже. Для деятельности Е. А. Фурцевой характерен, прежде всего, упоминавшийся «деловой» стиль – стремление как можно больше избавиться от бюрократизма, волокиты, парадности в работе аппарата. Видимо, еще по партийной работе она хорошо знала цену громким фразам и пустым обещаниям.

При оценке наиболее подходящего кандидата на должность министра культуры возникает естественный вопрос, какими способностями он должен обладать, каким критериям соответствовать. Исходя из общего опыта взаимоотношений государства и деятелей культуры в прошедшем столетии в нашей стране с точки зрения соблюдения определенного баланса с одной стороны государственных, а с другой стороны отстаивания интересов творческих работников, представляется, что министр культуры должен иметь следующие качества. Вероятно, что он должен быть не творческим работником, а хорошим и опытным управленцем (говоря современным языком менеджером), который хорошо осознает государственные интересы. Он должен быть знаком с особенностями творческого процесса, компетентным в различных отраслях искусства, беспристрастным, не покровительствовать какими либо отдельными течениям или группировкам. Впрочем, в условиях идеологической монополии КПСС последнее качество не было необходимым для советского министра, скорее наоборот министр должен был, главным образом блюсти интересы и поддерживать все то, что ассоциировалось с социалистическим реализмом. И, конечно, министр должен уметь отстаивать интересы работников культуры (прежде всего, разумеется, финансовые) перед вышестоящими организациями и ведомствами донорами, уделять развитию культурных учреждений на местах (библиотек, домов культуры и т.п.). Нельзя не заметить, что никто из четырех министров в полной мере не обладал ни одним из вышеперечисленных качеств.



Члены коллегии.

В состав коллегии Министерства на момент его создания в качестве заместителей министра вошли бывшие руководители соответствующих отраслей культуры и образования: И. Г. Большаков – первый заместитель (бывший министр кинематографии), Н. Н. Беспалов – заместитель (бывший председатель Комитета по делам искусств), В. Н. Столетов (бывший министр высшего образования). В созданное в 1953 году Министерство перешли на работу бывшие руководители ведомств, занимавшиеся ранее вопросами управления культурой. Здесь, однако, можно отметить весьма показательный факт. Уже в 1954 году Большаков, Беспалов, Столетов другие были переведены из Министерства культуры на другую работу. Широко известны примеры, когда руководители промышленных министерств сталинского периода продолжали и впоследствии занимать свои должности, либо переходили на более высокие посты, некоторые из них работали вплоть до середины 1980х гг.. Подобных примеров множество, самые известные – карьера А. Н. Косыгина, Д. Ф. Устинова, К. В. Русакова, Н. К. Байбакова, П. Ф. Ломако и ряда других. У бывших руководителей государственных структур, ведавших культурой сложилась прямо противоположная судьба – они не только не остались у руководства культурой, но и были переведены на другую (менее ответственную работу). Например, И. Г. Большаков в 1954 году назначен заместителем министра внешней торговли СССР, Н. Н. Беспалов – заместителем Председателя Совета министров РСФСР [172 РГАНИ, Ф. 5, Оп. 30, Д. 237, Л. 197], В. Н. Столетов назначен республиканским министром высшего образования. Это явилось косвенным признанием недовольства состоянием дел в отечественной культуре в конце 1940х – начала 1950х гг.

Принципиально новым в решении кадровых вопросов на высшем уровне тогда было лишь назначение на пост первого заместителя С. В. Кафтанова, который ранее работал директором научно исследовательского физикохимического института им. Л. Я. Карпова (системы Министерства химической промышленности СССР) [173 РГАНИ, Ф. 2329, Оп. 2, Д. 121, Л. 105]. Он дольше остальных проработал на своей должности, а затем ушел на повышение. Однако, как видно по роду его предыдущей работы он был весьма далек от проблем художественной культуры. Но были и примеры другого рода. В конце 1950х гг. на должность заместителя министра был назначен И. И. Цветков, ранее работавший начальником Отдела культуры и здравоохранения Госплана СССР [174 РГАСПИ, Ф. 586, Оп. 1, Д. 18, Л. 3]. В 1960х годах должность заместителя министра занимал Н. Н. Данилов, ранее работавший заместителем начальника Главного управления по производству фильмов [175 РГАЛИ, Ф. 2329, Оп. 2, Д. 457, Л. 1].

В свою очередь руководители и кадры выделявшихся из состава Министерства культуры ведомств выбирались из его среды. Так, например главой вновь образованного в 1954 году Министерства высшего образования стал В. П. Елютин, председателем комитета по радиовещанию и телевидению (созданного в 1957 году), бывший в 195357 годах первым заместителем министра культуры С. В. Кафтанов. Будущий министр просвещения М. А. Прокофьев работал в 1953 – 54 годах заместителем начальника Главного управления высшего образования Министерства культуры [176 там же, Д. 98, Л. 259].

Личные данные по кадровому составу большинства членов коллегии, среднему и низшему составу Министерства находятся в настоящее время в Министерстве культуры РФ (в архиве бывшего Министерства культуры СССР) и недоступны. Поэтому целостную картину о характере кадровых перемещений (из какой организации поступил тот или иной работник в Министерство) составить довольно трудно. Фрагментарные данные можно еще получить для отдельных работников уровня заместителя министра или начальника Главного управления. О характере кадрового состава более низкого уровня, его изменении сделать какиелибо определенные выводы по данным, имеющимся в открытом доступе невозможно.





В состав коллегии входили, начиная с 1954 года, не только чиновники Министерства, но и деятели культуры, например кинорежиссер С. А. Герасимов, художник Б. В. Иогансон, композитор Д. Б. Кабалевский, художественный руководитель театра им. В. Маяковского Н. П. Охлопков [177 члены коллегии образца начала 1960х гг. – см. РГАЛИ, Ф. 2329, Оп. 2, Д. 997, Л. 7778]. Н. П. Охлопков был даже короткое время (1954 – 55 гг.) заместителем министра. Однако назначение творческого работника на пост заместителя министра было исключением из правил. Пребывание и деятельность Н. Охлопкова на этом посту не вписывалось в существовавшие тогда каноны поведения руководящих работников. В архиве Общего отдела ЦК отложилась докладная записка секретаря Петроградского РК КПСС Сорокина, по форме представляющая собой жалобу или даже донос. В ней рассказывалось о поведении заместителя министра Н. Охлопкова на совещании в «Ленфильме»: «Т. Охлопков... ориентировал слушателей на то, что пора прекратить решение творческих вопросов в кабинетах и на совещаниях. Он недвусмысленно сказал, что ему как режиссеру и творческому работнику противно видеть мизансцену, когда вопросы искусства решаются за Тобразным столом. Свою речь тов. Охлопков закончил словами о том, что бы режиссеры и сценаристы писали для кино все что они чувствуют, писали при том смелее и, что до тех пор, пока он находится на посту зам. министра поддержка им во всем будет оказана» [178 РГАНИ, Ф. 5, Оп. 30, Д. 85, Л. 10]. Такие заявления из уст руководящего работника Министерства звучали неприемлемо для чиновничества того времени в целом.

Министр культуры, его заместители, члены коллегии, начальники Главных управлений и их заместители, начальники управлений и их заместители входили в номенклатуру Отдела науки и культуры ЦК, то есть назначение происходило только лишь после рассмотрения их кандидатур и утверждения в соответствующем отделе ЦК [179 там же, Оп. 17, Д. 402, Л. 36]. Этим объясняется тот факт, что у министра не было собственной «команды» в высшем руководстве Министерства в современном понимании этого слова. На момент образования Министерства, как уже отмечалось, в состав коллегии вошли бывшие руководители ведомств, занимавшихся культурой. С течением времени происходили перестановки в высшем руководстве, но они не носили системного характера. Исключением являлось лишь увольнение с должностей заместителя министра Большакова, Столетова и Беспалова в 1954 году.

Логику передвижения кадров внутри Министерства проследить довольно трудно. Системы здесь, судя по документам, не было. Так, например, Начальник Главного управления кинофикации и кинопроката Ф. Кузяев после образования в 1963 году Госкино ликвидации соответствующей структурной единицы был назначен начальником Планово финансового управления.

Средний и низший кадровый состав.

В фондах Министерства культуры СССР в РГАЛИ случайно, видимо по ошибке, отложились сведения о кадровом составе Главного управления кинофикации и кинопроката по занимаемой должности, уровню образования, месту проживания и партийности [180 РГАЛИ, Ф. 2329, Оп. 13, Д. 312, Л. 49]. Они позволяют составить общее, пусть и фрагментарное представление о среднем и низшем звене сотрудников Министерства:

Список работников Главного управления кинофикации и кинопроката Министерства культуры СССР по состоянию на 1953 год:

по уровню образования №п/п Образование кол высшее н/высшее выше среднего среднее н/среднее начальное низшее нет данных или в процентном отношении:

по партийности [? там же, Л. 49] №п/п партийность колво члены КПСС члены ВЛКСМ беспартийные или в процентном отношении:

Таким образом, примерно треть работников одного из главных управлений Министерства составляли лица с высшим образованием. В то же время около 27 % не имели законченного среднего образования. Неизвестно, какому уровню образования соответствовали лица с низшим образованием. Возможно, они умели лишь читать и делать простейшие вычисления. Все руководящие должности в аппарате Главного управления занимали сотрудники с высшим образованием. Те, кто имел начальное или низшее образование выполнял технические обязанности, то есть работал водителем, киномехаником, уборщицей и т.п.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 27 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.