WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 34 | 35 || 37 | 38 |   ...   | 61 |

Как все начиналось? Порфирий Корнеевич не сразу стал таким, каким теперь его знают многие. Прежде чем решиться на подобное, он прошел 35летний путь накопления опыта, познания и осмысления жизни. Вот как он это описывает сам*.

«По своей работе мне приходилось часто останавливаться в гостиницах на ночевки и временное жительство. Я был оторван от своей семьи, неделями не являлся к жене ввиду моей отдаленной и непостоянной работы. Молодость моя заставляла меня вовлекаться в то, что не следует: брали завидки на чужих женщин. Познакомили меня в Сочи, где я в то время был в командировке, с одной незнакомкой, которой я дал слово встретиться в сквере. В то время я, можно сказать, был холостым. На свиданье, назначенное мной, я как молодой человек вымылся, выбрился. При встрече с ней я определил, * Стиль и язык дневников сохранен. (Примечание автора.) что она шла мне по росту — роста она была высокого, блондинка.

Где можно встретиться с девушкой в незнакомом городе? Не иначе как в ресторане. Но там мы были не одни, с нами за столом сидел врач со своим знакомым директором, да я со своей княгиней. Директор при знакомстве со мной поинтересовался, кто я и кем работаю. Я подробно рассказал о своей работе, ничего не скрывая; но скрыл я перед этими людьми то, что у меня есть жена и двое детей. И пока я находился там, страх одолевал меня все время: я боялся, что меня увидит ктолибо из знакомых и разоблачит мое вранье. Таким нелегальным путем я овладел сердцем моей княгини.

За столом нашего пира чего только не было: стояли продукты, которым я даже не знал названия, и посуда была ужасно красивая. Не для нас все это было. За прекрасные закуски и выпивку расплачивался я своими нелегально приобретенными деньгами».

Для того чтобы в те голодные годы (1930 — 1935) содержать свою семью, иметь свободные деньги для обслуживания собственных чувственных интересов Иванову приходилось хитрить, идти на сговор с людьми, от которых зависело его материальное благосостояние.

«У меня тогда, как у всех людей, заинтересованность была как бы подешевле пропитаться. Работал я все там же, разъезжал по командировкам, но старался проехать всяческими путями бесплатно с целью экономии. Промаха по этой части я не делал, имел большое знакомство с диспетчерами, чтобы достать вагон — на них всегда был большой спрос.

Начальник станции узнал, что я привез вагон зайцем, и воспользоваться мне им не пришлось. На свою неудачу я не обижался, а обижался сам на себя, что не сумел обслужить начальника. Я купил два литра водки — на магарыч, и после этого вагоны были мои. Не только этот начальник станции любитель водочки — почти все если не выпивали, то любили брать взятки».

Разными путями Иванов как снабженец получал «левые» деньги.

«Нелегальным путем 10 тысяч штук клепки он должен погрузить мне, а договор составили на 7 тысяч. Он выписал в адрес мой счет на 7 тысяч, из них мы с ним три тысячи пятьсот рублей поделили пополам, что и мне, и ему в то время крепко помогло в жизни. Саботаж в то время процветал в полную силу: за килограмм зерна судили колхозника вплоть до расстрела — жуть, что делалось в тех местах. А я боялся тюрьмы до бесконца, а за наши дела тюрьма была неизбежна, если докопаются».

Живя среди нечистых на руку людей, он сам часто попадал в неприятные положения за свою прямоту и желание както исправить подобное безобразие.

«Я получаю водку; во время перевозки от вагона по городу делают побои на восемьсот рублей в среднем. Всему дело был я, мне акт привозили, и я на нем расписывался как ответственное лицо. Без меня ничего в приеме товара проходило. Когда водку получают, тогда все ездовые веселые. А потом доставитель водки тоже занимается подливкой воды. Я нашел шило, отобрал. Применил эту работу к мошенничеству, но чтобы его законом наказать — я этого не делал, считал: сам нахожусь в нечестных условиях. Беру на себя инициативу сэкономить эти побойные деньги до нуля; начинаю вводить систему для того, чтобы этого добиться. Мне это легко далось. А затем я перестал подписывать липовые документы — стал делать так, как заставлял закон.

В газету я написал статью о том, как плохо, нерадиво ведется у нас в организации хозяйство. И что же вы думаете, за все мое экономическое дело для организации директор получил премию. Я остался ни при чем. А за мою всю систему, за неполадки хозяйственника — получил расчет за двадцать четыре часа».



Подобные неприятности, несправедливость Иванов сильно переживал.

«Я для артели пломбочки купил честно клепку в Сочинском районе, в Чемитоквадзе. Я своею покупкой не угодил, и все пропало: меня хозяин за это рассчитывает и хотел за брак наказать судом, но я расписку представил, что по распоряжению члена правления закупил. Участковый прочитал записку и больше не стал меня беспокоить.

Сколько ни работай у хозяина, все равно когдато не угодишь. Я числился на первом месте по работе, а сейчас отступаю. Я что только ни делал, чтобы в то время работать честно. А меня администрация уволила».

Имелись у Порфирия Корнеевича друзья, с которыми он общался, ходил в ресторан. Бесконечные выпивки ему надоели, что оттолкнуло его от них, сделало чужаком. V «На Кавказе я жил, а про старых друзей не забывал никогда. Меня они приглашали в ресторан за ершом, а я отказался от этого. Мне они сказали: «Ты что, сумасшедший? Не желаешь кушать и пить?!» Я говорю, что пусть я буду сумасшедший, но я эти испытания уже делал». Чувствуя, что нечестно поступает, идет на сделку со своей совестью, Иванов задумывается, а так ли он живет? У него появляется великое желание учиться жизни, постигать ее законы. Он начинает читать книги, живо интересуется всем, что его окружает. Увлекается литературным трудом, любит записывать свои наблюдения и давать им свое объяснение.

«Меня не покидала мысль взяться учиться писать и строить правильное логическое содержание. Мы, все молодые, хотим жить хорошо, а плохо жить нам нежелательно. На это приходилось учиться какойлибо специальности, чтобы попасть на легкий труд и за него получать большие деньги. Изза своей неграмотности я старался угодить своей ловкостью и вежливостью всем; никакой специальности у меня не было — только и всего, что физического труда шахтер.

Когда я приезжал на новое место, меня интересовало все: я интересовался не только природой и людьми, живущими в этих условиях, я не меньше интересовался, как жили на Кавказе горцы да кубанцы».

Живя в то голодное, кошмарное время, Порфирий Корнеевич ужасался и постоянно думал о том, почему человек такой зависимый и беззащитный? Почему люди так часто подвергаются всевозможным напастям и умирают? Его тревожило, что подобное может произойти и с ним. Поэтому он думал, читал, искал выход. Хотелось стать независимым человеком, легко и свободно живущим в Природе. Вот как он описывает этот период своей жизни.

«Научная экспедиция тогда делала пробег через Каракумские пески и попала в Армавир. Я был на митинге, слушал их слова. Во время митинга я видел, как отощалые люди падали поодиночке; они мне подсказывали о том, что подобное может случиться со мной. Страх меня окружал, когда я видел, как на моих глазах люди умирали. Они были оторванные от природы, у них не было того, без чего было возможно жить; их природа заставила, чтобы дальше не жить. В то времечко большой был недостаток в получении продукта. В этом городе по углам люди валялись мертвыми, — от кого не приходилось отказываться, — от неумелого ухаживания за собой. Люди без этого делались квелыми, у них не было энергии в жизни. Бывало, идешь на станцию мимо их жилья, у них спрашиваешь: — «Кто вас заставил такими быть?» Они с недовольством отвечали мне: «Это жизнь привела».

Испытав в жизни многое, вдоволь насмотревшись на безобразия, нажив простудные заболевания, Иванов понял: так дальше нельзя, надо менять свое отношение к собственной жизни.

«Я дошел до моря, до Адлера — дальше уже дороги нет, есть только одно отступление. Довольно на этой работе мне заниматься. Я просмотрел всю жизнь в Природе. Она меня тридцать три года гнала от себя, чтобы я ее боялся и то делал, что все.

В 1933 году я повстречался со своею идеею и стал заниматься закалкою, чтобы научиться в Природе тому, чтобы человек не простуживался и не болел. Я воспринял это дело для того, чтобы все природные условия использовать на самом себе. Я ничего.не взял с потолка: читал Энгельса, Карла Маркса «Капитал», о природе брал сочинения Ленина, и, самое главное, я коснулся нашей народной медицины. Слушал лекции о вреде табака и вина, особенно прочитал труд украинского президента Академии наук Богомольца о продолжении жизни, которую он считал 150 лет. Читал труд Саркизова». П. К. Иванов осторожно приступил к простейшим оздоровительным процедурам, начав с закаливания. Свои наблюдения он регулярно и аккуратно записывал. Его поразило то, что один человек зимой ходил без шапки. «И сколько я прожил в то время на земле, впервые встретил человека, ходившего зимой без головного убора». Он берет пример с него и начинает сознательно приучать себя с ранней осени ходить без головного убора.





Для окружающих Иванова людей его поступок был непонятен. А что непонятно, что отличает одного человека от всех, то делает его шутом, а то даже и врагом. Не миновало это и П. К. Иванова. Он вспоминал: «Не зря я скинул головной убор, не зря я ходил со своим трезвым поступком; но почемуто обращало внимание на мою голову население, и крепко с меня смеялись».

Сама мотивация поступка, перестройка в сознании делает человека другим. Подобное произошло с Ивановым, и он отмечает: «Когда я ходил без головного убора, то знал, что это для меня новое, но не знал, что это НАЧАЛО МОЕЙ ИДЕИ. Все я оставлял на жизненном пути, а сам уже имел намерение просить Природу, чтобы она мне дала жизнь и учение. Меня люди знакомые спрашивали: «Куда ты идешь?» Я им отвечаю: «Да иду туда, куда не все идут».

Желание постичь Природу полностью поглотило Иванова. Он занимается самообучением, самовоспитанием и записывает это в дневниках.

«Когда приходил с работы, садился читать усидчиво, или писать свое прошедшее. Я большую охоту имел сделаться, не учась, писателем. Я брал факты и старался их описать. Свое написанное, в природе что я сделал, послал в Ростов в Союз писателей, а мне дали рекомендацию связаться с писателем газеты «Армкоммуна» тов. Париотом, кто тогда уже свои писательские труды имел. Передо мною стояла наука: за каждый день приходилось писать, что я в течение дня сделал.

А сейчас передо мной такая мысль ставит вопрос чтобы учиться и опознавать Природу».

Постепенно, в результате постоянного обдумывания, у П. К. Иванова оформляется мысль о самосовершенствовании, получении независимости с помощью сил Природы.

«Когда мне исполнилось тридцать пять лет, то со мной повстречалась мысль. Никогда она не была перед мною, а сейчас она процвела в моей голове.

Иду я по Кавказу между горами по лесу, возле речки Белой. В это время получаю с высоты Природы такую в голову мысль: «А почему это так получается в людях? Они живут, они кушают сладкое, жирное, они одеваются в форму фасонную до самого тепла и в доме со всеми удобствами живут — а заболевают? Болеют и умирают. Это — дело их нехорошее». Так подумал я.

Это — первый день моего начала. Эта мысль заставила меня стать на арену нашей жизни. Она приняла такую форму, чтобы я по земле ходил без головного убора и без обуви, также остаться в одних трусиках. Мысль заставила меня практически с весеннего дня это сделать.

Я на это сам пошел, сознательно стал делать все то, чего будет надо для всей жизни человековой. По этому всему потребовалось мне удалить со своей головы, с волос, вечно зависимую шапку. Я ее сбросил во время весенних начальных дней — это было 25 апреля, когда в Природе развивалось на земле тепло. Это было мое такое первое и смелое начало».

Очень важно внутренний импульс воплотить в реальное дело. Этим вы переступаете через различные запреты в своем сознании и освобождаетесь от них. Уже только за счет одного этого вы становитесь сильнее и цельнее. Теперь вы верите в себя, в свое дело и уверенно действуете, видя впереди цель и успех. Вернемся к дневникам Иванова.

«Сознательно в 1933 году я поделился с людьми: им оставил ихнее, а свое с собою отобрал — живое, энергичное, никогда не умираемое дело. Стал жить посвоему в Природе. Она меня стала хранить, как око, за мою любовь к ней.

Я тридцать пять лет делал то, что вредно в моей жизни для моего здоровья. Я только чувствовал не то, чего чувствуют все. А видеть приходилось дорогу по этому направлению, где лежал путь. Я закалялся тренировочно холодом по Природе, все это делал я для людей. Без мысли дорогу не прокладывал.

Я попал на правильный путь и развитие своей мысли. Я решил сделаться хозяином над эволюционным делом — не быть политическим в экономике человеком, а быть Победителем Природы».

Pages:     | 1 |   ...   | 34 | 35 || 37 | 38 |   ...   | 61 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.