WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 || 28 | 29 |   ...   | 46 |

Гора была все та же. И море было таким, как прежде. Все так же бился прибой о скалы, нависшие над морем. И все так же шумел ветер в соснах, росших на горном склоне. Все это было таким знакомым, таким родным для трех даосовстранников! Возвращаться после долгих странствий в родные места всегда приятно. Но на этот раз даосам было не до веселья.

Прекрасный Дворец Великой Чистоты лежал в развалинах, а даосские монахи, жившие в нем, бесследно исчезли. Не уцелели и другие старинные храмы. Даже в отдаленных горных пещерах не осталось ни одного отшельника. Бедствия, захлестнувшие мир людей, не обошли стороной и мир подвижников Дао.

Наконец странники пришли к пещере Чанчуня, служившей им прежде жилищем. Внутри пещеры было темно и пахло сыростью. Чжан Хэдао зажег лампу и принялся выметать из пещеры накопившуюся там за много лет пыль. В этом месте, по его словам, когдато обитал сам патриарх Цюй, а Чжан Хэдао с учениками провел здесь тридцать лет как один день.

Чжан Хэдао расставил на алтаре поминальные таблички прежних учителей школы, зажег благовонные палочки. Даосы по очереди отвесили перед алтарем поклоны и сели отдыхать.

Старцы внимательно и любовно оглядывали пещеру: она совсем не изменилась. Семь лет назад они покинули ее, чтобы взять себе ученика, потом не жалея времени учили его, скитались с ним по всему Китаю, видя вокруг раздоры и бедствия. Кому они могли поведать свои чувства? Разве что предкам или луне в ночном небе. Но все же у них теперь настоящий наследник, учитель школы в восемнадцатом поколении, и, значит, они не напрасно прожили жизнь. Да, они могли бы назвать себя счастливыми людьми.

Ван Липин понимал, какие чувства обуревают учителей. Когда он отвешивал им поклоны, его глаза невольно увлажнились. Чжан Хэдао поспешно поднял его с колен и предложил выйти наружу. Все четверо вышли на лужайку перед пещерой и долгое время стояли молча, глядя на небо, затянутое серыми тучами, и очертания далеких гор. Неожиданно Цзя Цзяои заговорил с Ван Липином:

— Юншэн, мы должны показать тебе одну реликвию нашей школы. — С этими словами он засунул руку в расщелину скалы у входа в пещеру и вытащил оттуда маленькую, размером с ладонь, черепаху. Ее панцирь в бледном сиянии луны отливал матовой белизной.

Ван Липин невольно протянул руку, желая потрогать черепаху, но Цзя Цзяои остановил его:

— Не двигайся! Он положил черепашку на землю, та проворно подползла к Чжан Хэдао и стала карабкаться по его ноге вверх. Чжан Хэдао взял ее в ладонь, и она не спрятала голову в панцирь, а стала тереться ею о ладонь, как бы целуя старого друга.

Чжан Хэдао опустил черепаху на землю, и она поползла обратно к Цзя Цзяои. Тот не стал дожидаться, пока она сама залезет на него, взял ее в руки и поднес к лицу, а черепаха принялась тереться головой о его щеки, словно целуясь, а потом вытянула голову к уху Цзя Цзяои, словно желая чтото шепнуть ему.

Цзя Цзяои снова положил черепаху на землю, и на этот раз она поползла к Ван Цзяомину и тоже поприветствовала его как старого друга. Ван Цзяомин поднес ее к лицу, словно хотел чтото ей сказать, и опять опустил на землю.

Черепашка подняла голову, посмотрела на Ван Липина, все так же быстро подползла к нему и, вскарабкавшись на руки, стала тереться о него. Казалось, она хотела познакомиться поближе с новым человеком. Видя это, старые даосы одобрительно закивали. — Наша черепаха все понимает! — воскликнул Чжан Хэдао, — Она первый раз видит Юншэна, а встречает его как старого доброго друга, Чжан Хэдао велел Ван Липину положить черепаху на камень и внимательно смотреть, как она будет вести себя. Черепаха сидела на камне неподвижно, словно погрузившись в медитацию.

— Посмотрика, в какой стороне сейчас находится солнце? И куда смотрит черепаха? — обратился к Ван Липину Чжан Хэдао, Ван Липин огляделся по сторонам: солнце как будто на юговостоке — и черепаха тоже смотрит на юговосток.

Чжан Хэдао попросил Ван Липина повернуть черепаху так, чтобы ее голова была обращена на северозапад, но черепаха сама малопомалу повернулась головой на юговосток. И как Ван Липин ни клал ее, она неизменно возвращалась в это положение.



— Этой черепахе больше лет, чем нам четверым вместе взятым, — сказал Чжан Хэдао. — Она живет на свете уже без малого семь веков! Это самая драгоценная реликвия нашей школы. Прежние учителя на протяжении двенадцати поколений передавали ее друг другу. За шесть с лишним веков своей жизни она впитывала в себя чистейшую энергию солнца и луны, проникаясь духовностью Неба и Земли, жила одной жизнью со всем миром. Ведь секрет вечной жизни и высшей духовности — в умении откликаться всем переменам во вселенной. У этого необычного существа люди могут многому научиться.

В этот момент Ван Липин заметил, что черепаха чутьчуть повернулась на камне так, чтобы ее голова была попрежнему точно напротив солнца.

— Патриархи нашей школы учат, — продолжал Чжан Хэдао, — что черепаха за триста шестьдесят лет проходит полкруга превращений, а полный круг превращений она пройдет за семьсот двадцать лет. Тебе предстоит узнать, каковы будут результаты этого полного круга превращений.

Ван Липин почтительно склонил голову.

А Цзя Цзяои попросил Ван Липина внимательнее приглядеться к панцирю черепахи и посмотреть, нет ли в нем чегонибудь необыкновенного? Ван Липин посмотрел — узор на панцире и вправду необычный. Вгляделся получше и увидел: узор этот на самом деле не что иное, как Восемь Триграмм из «Книги Перемен».

— Тут на панцире Восемь Триграмм изображены! — воскликнул удивленный Ван Липин. — Это само собой получилось или ктонибудь специально нарисовал? — Если бы ктонибудь нарочно нарисовал, ничего удивительного в этом не было бы, верно? — отозвался Цзя Цзяои. — Эта черепаха знает секрет вечной жизни, вот на ней и проступил сам собой узор Восьми Триграмм. Ведь Восемь Триграмм — символ вечности. Ну, а откуда получились Восемь Триграмм на черепахе? Знаки эти рождены законами мировых превращений. Б пространстве имеется шесть сторон; верх, низ, перед, зад, левое, правое. Каждая сторона хранит в себе определенную силу, и вместе эти силы создают мировой порядок. Если добавить к ним влияние солнца и луны, получится в общей сложности восемь сил. Эти силы обозначаются Восемью Триграммами.

Цзя Цзяои бережно взял в руки черепаху, перевернул ее животом вверх и сказал Ван Липину:

— Посмотри, живот у черепахи разделяется на двенадцать частей, которые соответствуют двенадцати «ветвям Земли», двенадцати месяцам, часам и энергетическим каналам тела. В этом есть глубокий смысл. Мы все учимся у старшего наставника, попроси его рассказать тебе об этом.

Услышав слова Цзя Цзяои, Чжан Хэдао подошел к ним и сказал с улыбкой:

— Мы все — ученики этой белой черепахи. Почему бы не спросить у нее самой? Вот и Хань Юй (58) говорил: «Те, кто родился прежде меня, непременно прежде меня узнали о Дао». Давайте лучше спросим у черепахи! Чжан Хэдао взял в руки черепаху и вгляделся в pop на ее панцире, — Даос странствующих облаков все верно сказал, — задумчиво произнес он. — Видно, смута в нашей стране продлится еще несколько лет. Надолго мы в этом месте остаться не сможем, придется нам снова отправиться в странствия.

— А что будет с черепахой? — спросил Ван Липин.

— Она сможет уберечь себя, ее положение не такое опасное, как у нас.

— А всетаки давайте возьмем ее с собой. И у меня будет на одного учителя больше.

— Хорошо, — согласился Чжан Хэдао и вручил черепашку Ван Липину. Отныне среди странников самой старшей стала черепаха, прожившая шестьсот восемьдесят лет. Повсюду сопровождала она даосовскитальцев и, как бы ни было им трудно, тихо лежала на дне дорожной котомки. Зато на привалах она выползала наружу и наслаждалась отдыхом вместе с людьми. Есть и пить черепаха никогда не просила — видно, она и в самом деле стала бессмертной блаженной, не нуждавшейся в пище.

Спустя несколько месяцев даосы пришли на гору Даньяй, что на севере Шаньдуньского полуострова. Гора эта невысокая, но стоит у самого моря, и почти каждый день ее окутывает густая дымка облаков. Взойдя на гору, хорошо смотреть в рассветный час, как изза моря поднимается красный диск солнца, разбрасывающий яркие блики на изумрудной поверхности вод.

На вершине горы стоит павильон, который так и называется: Павильон острова блаженных. Оттуда открывается такой прекрасный вид и так приятно овевает лицо мягкий морской ветер, что кажется, будто ты и в самом деле попал в страну блаженных. А у подножия горы видны остатки знаменитого «водяного города», где полководец Минской династии Шу Цзигуан (59) тренировал моряков своей военной флотилии.





Но странствующие даосы пришли на гору не для того, чтобы любоваться памятниками старины или красотами природы. Выбрав укромное место поблизости от вершины, они в уединении и покое занялись медитацией, видя перед собой только безбрежное небо и бескрайнее море. Самый мистический пейзаж в мире! Даосы уселись на землю, закрыв глаза и сконцентрировав волю в нижнем Киноварном Поле. Потом они постепенно открыли глаза, вытянули руки к морю и стали медленно вставать, чуть заметно раскачиваясь всем телом. Невидная со стороны могучая сила изливалась из них на поверхность океана. Чжан Хэдао мысленно читал старинные мантры, направляя движение этой силы.

Белая черепашка лежала без движения радом с Ван Липином, словно ожидая, какие перемены произойдут в море.

Поначалу все было спокойно: лишь легкий туман клубился над мелкой рябью вод. Но вскоре туман сгустился и встал над морем сплошной белой стеной. В этой стене, как на экране кинотеатра, мелькали смутные, текучие образы — горные пики, дворцы, повозки, запряженные лошадьми, люди. Эта смена картин была похожа на нескончаемую череду сновидении.

Даосы сосредоточенно вглядывались в развертывавшиеся перед ними картины, сопереживая сердцем и созерцая умом. Созерцание этого пестрого мира, сотканного из бесплотного тумана, и в самом деле напоминало развертывание живописного свитка. Вот порыв ветра взвихрил туман — и из молочной пелены вдруг проступила отвесная скала, через мгновение скала рухнула и на ее месте появилась процессия людей, потом всевозможные животные, деревья, экипажи» дома, корабли в окружении белых барашков волн. Внезапно в облаках возник деревенский пейзаж южных провинций: аккуратные квадратики рисовых полей, залитых водой; буйволы, погоняемые крестьянами в широких бамбуковых шляпах; выстроившиеся рядами крестьянские домики, играющие дети. Через мгновение дома преобразились в автомобили, а потом и тех словно порыв ветра унес прочь. Поистине, волшебный мир! Даосы закончили медитировать, и облачная стена разом исчезла.

Перед ними снова расстилалась бескрайняя изумрудная гладь океана, а над нею блестел лазурный купол небес.

Старые даосы были попрежнему невозмутимы, а вот Ван Липину очень хотелось узнать, что за картины они только что наблюдали. Не утерпев, он спросил об этом Чжан Хэдао.

Старший наставник взял в руки черепашкуталисман и бросил задумчивый взгляд на море, словно пытаясь чтото припомнить или подыскивая слова для ответа. — Может быть, посмотрим еще раз? — спросил его Цзя Цзяои. Чжан Хэдао кивнул в знак согласия.

Даосы снова погрузились в медитацию, и над морем опять собрались густые облака, в которых вновь закружились, заиграли всевозможные образы и картины. На этот раз старцы не только созерцали картины, но и комментировали их, разъясняя Ван Липину их происхождение.

Оказалось, что образы, возникающие в облаках, являли собою действие «небесной пружины». Они несли весть о том, что существует пока только подспудно, в неявленном виде. Эти видения по своей природе подобны миражам, но если материалистическая наука видит в миражах только атмосферное явление, которое можно наблюдать лишь при определенных, очень редко создающихся условиях, то даосы сами создают миражи и при этом могут поддерживать их существование сколько угодно времени.

Еще когда они жили в Фушуне, даосы показали Ван Липину технику миража. Ван Липин тогда медитировал на берегу пруда, и перед глазами у него возникла картинка находившейся неподалеку водонапорной башни. Но поскольку пруд был небольшой, башня была видна довольно смутно, так что кроме самого Ван Липина никто, наверное, не смог бы ее разглядеть.

А сейчас, когда перед ними расстилался бескрайний водный простор, даосы могли сполна реализовать свое мастерство. Тем более что действовали они не в одиночку, а вчетвером.

Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 || 28 | 29 |   ...   | 46 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.