WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 39 |

— Если не поступать согласно приличиям, — сказал ЦзыЧан, — то не будет разницы между родичами и чужа­ками, не будет желания исполнить долг и у знатных, и у презренных, не будет порядка в отношениях между стар­шими и младшими. Как же тогда поддерживать Пять Устоев и Шесть Отношений? — Когда Яо убил своего старшего сына, а Шунь обрек на изгнание своего младшего брата, соблюдалось ли разли­чие в отношениях между родичами и чужаками? — возра­зил Вечно Алчущий, — Когда Тан отправил в ссылку Цзе, а Уван пошел походом на Чжоу, исполняли ли свой долг знатные и презренные? Когда Ван Цзи захватил власть, а Чжоугун убил своего старшего брата, соблюдался ли порядок в отношениях между старшими и младшими? Кто сможет разобраться в Пяти Устоях и Шести Отношениях после притворных речей конфуцианцев и рассуждений Мо Ди о всеобщей любви? И потом: вы действуете ради славы, а я действую ради выгоды, но ни слава, ни выгода не сообразуются с истиной, не обретаются в Пути. Так попро­сим рассудить нас Свободного от Условностей.

Свободный от Условностей сказал:

— Низкий человек жертвует собой ради богатства, бла­городный муж жертвует собой ради славы. То, что движет их чувствами, влияет на их нравы, неодинаково, но если бы они оставили свое занятие и посвятили себя тому, чем они не занимаются, то в этом они были бы совершенно одина­ковы. Поэтому говорят: “Не будь низким человеком, вер­нись к Небесному, не старайся быть благородным мужем, следуй Небесной истине”. И в кривом, и в прямом есть не­что от Небесного предела.

Смотри же на все четыре стороны, Плыви вместе со временем, В утверждении и в отрицании держись центра круга.

В одиночестве достигай совершенства, Кружись согласно Великому Пути.

Не посвящай себя одному делу, Не старайся жить в соответствии с долгом И тогда потеряешь все тобой совершенное.

Так не гонись за богатством, Не жертвуй собой ради совершенства, Все оставь — и вернешься к Небесному.

У Биганя вырезали сердце, у Цзысюя вырвали глаза — их довела до этого преданность государю. Чжицзюй доно­сил на отца, Вэй Шэн утонул — виной тому была их пре­данность. Баоцзы стоял, пока не высох, Шэньцзы не сумел защитить себя — так навредила им их честность. Конфуций не виделся с матерью, Куан Чжан не встречался с отцом — таков вред любви к долгу. И так происходило из века в век, так что муж, желающий говорить и вести себя благопристойно, непременно попадет в беду! Глава XXX РАДОСТИ МЕЧА Когдато чжаоский царь Вэнь любил поединки на ме­чах. У ворот его дворца всегда толпились три тысячи масте­ров фехтования. Днем и ночью они состязались в присутствии государя, и каждый год убитых и раненых было три­ста человек. А страсть царя к поединкам не убывала.

Так минуло три года, царство стало клониться к упад­ку, и соседние правители уже строили против него козни. Царский сын Куй был этим очень обеспокоен. Призвав сво­их советников, он сказал: “Кто может отвратить царя от его страсти и положить конец поединкам? Жалую тому тысячу золотых!” И все сказали: “Такое под силу только Чжуанцзы”.

Царевич послал гонца к Чжуанцзы с наградой в тысячу золотых. Чжуанцзы не принял денег, но поехал вместе с гонцом к царевичу.

— Чего ваше высочество хочет от меня, жалуя мне ты­сячу золотых? — спросил он царевича.

— Я слышал, учитель, что вы — просветленный му­дрец, и из уважения поднес вам тысячу золотых. Вы же отвергли награду, так о чем я еще могу говорить? — Я слышал, ваше высочество, что вы желали попро­сить меня отвратить государя от его самой большой стра­сти. Предположим, что я навлеку на себя гнев государя и не смогу выполнить ваше поручение. Найдется ли в целом царстве чтото такое, о чем я не мог бы попросить? — Как вам будет угодно. Но наш государь допускает к себе только мастеров меча.

— Ничего страшного, я владею мечом.

— Очень хорошо, но у всех мастеров меча, которых принимает государь, волосы всклокочены, усы стоят торч­ком, шлемы с грубыми кистями надвинуты вперед, платье на спине укорочено, глаза горят, а речь грубая — вот что нравится нашему государю. Если вы придете к нему в ко­стюме ученого, то погубите дело в самом начале.

— Позвольте мне приготовить костюм фехтовальщика.

Три дня спустя Чжуанцзы явился к принцу в костюме фехтовальщика, и они вместе отправились во дворец. Царь дожидался их, держа в руках обнаженный клинок. Входя в зал, Чжуанцзы не ускорил шагов, подойдя к царю, не отвесил поклона.



— Что ты умеешь такого, что тебя представляет мой сын? — спросил царь.

— Ваш слуга прослышал, что вы, государь, любите поединки на мечах, вот я и предстал перед вашими очами.

— А что ты умеешь делать мечом? — Мой меч разит человека через каждые девять шагов и не оставляет никого в живых на расстоянии в тысячу ли.

Царь очень обрадовался этим словам.

— Так у тебя, пожалуй, в целом мире нет соперника! — воскликнул он.

— Мастер фехтования, — сказал Чжуанцзы, — С виду неприметный, уязвимый, Дает напасть на себя.

Не вступает в схватку первым, Но первым наносит удар.

Прошу вас дать мне возможность показать свое искус­ство.

— Вы, уважаемый, идите отдыхать и ждите моего при­казания, — сказал царь Чжуанцзы. — А я подготовлю со­стязание и позову вас.

Тут царь устроил турнир для мастеров меча, и за семь дней убитых и покалеченных оказалось более шестидесяти человек. Отобрав пятьшесть лучших бойцов, царь велел вручить им мечи в тронном зале и позвал Чжуанцзы.

— Сегодня мы испытаем твое искусство, — сказал царь.

— Я давно ждал этого случая, — ответил Чжуанцзы.

— Что вы, уважаемый, предпочитаете из оружия: длинный меч или короткий? — Мне годится любой. Но у вашего слуги есть три меча, и я готов представить их вам на выбор. Не соблаговолите ли узнать, что это за оружие? — Я готов выслушать ваш рассказ о трех мечах.

— Первый меч — меч Сына Неба, второй меч — меч удельного владыки, третий меч — меч простолюдина.

— Что такое меч Сына Неба? — У меча Сына Неба клинок — долина Янь и горы Шимэнь на севере, основание — царства Чжоу и Сун, руко­ятка — царства Хань и Вэй. Его ножны — варвары всех сторон света и четыре времени года, его перевязь — море Бохай, портупея — гора Хэн. Он управляется пятью сти­хиями, отточен сообразно преступлениям и достоинствам, извлекается из ножен действием сил Инь и Ян, замах им делают весной и летом, а разят — осенью и зимой. Этот меч таков:

Коли им — не останется никого впереди.

Размахнись им — не останется никого вверху.

Ткни им в землю — не останется никого внизу.

Покрути им вокруг — и не будет никого по сторонам.

Вверху этот меч рассекает плывущие облака, внизу пронзает земные недра. Одного его взмаха достаточно, что­бы навести порядок среди удельных владык и покорить всю Поднебесную. Вот каков меч Сына Неба.

От изумления царь забыл обо всем на свете.

— А что такое меч удельного владыки? — спросил он.

— Меч удельного владыки таков: его клинок — разум­ные и смелые мужи, его лезвие — честные и бескорыстные мужи, его тупая сторона — способные и достойные мужи, его основание — преданные и мудрые мужи, его рукоять — несгибаемые и непреклонные мужи. Этот меч таков:

Коли им — не останется никого впереди.

Размахнись им — не останется никого вверху.

Ткни им в землю — не останется никого внизу.

Покрути им вокруг — и не будет никого по сторонам.

Вверху его образец — круглое Небо, а его действия — как движение солнца, луны и звезд. Внизу его образец — квадратная Земля, а его действия — как смена времен года. Он приводит к согласию желания людей и водво­ряет спокойствие во всех четырех пределах. Взмахни этим мечом — словно гром грянет с небес, и никто в целом мире не осмелится пренебречь вашими приказаниями. Таков меч удельного владыки.

— А что такое меч простолюдина? — Меч простолюдина предназначен для тех, у кого во­лосы всклокочены, а усы стоят торчком, шлем с грубыми кистями надвинут на глаза, платье сзади укорочено, глаза горят, а речь груба и кто дерется на мечах в вашем присут­ствии. Вверху он перерубит шею или перережет горло, вни­зу проткнет печень и легкие. Таков меч простолюдина, и использование его не отличается от правил петушиных боев. В одно утро жизнь человека оборвется. Для государе­вых дел проку в том нет никакого. Ныне вы, государь, владеете троном Сына Неба, а питаете страсть к мечу про­столюдина. Мне, вашему слуге, стыдно за вас! Тут царь повел Чжуанцзы к своему трону, а когда стольник подал обед, царь трижды обошел вокруг Чжуанцзы.





— Сядьте и успокойтесь, государь, — сказал Чжуанцзы. — Я доложил вам все о трех мечах.

С того дня царь Вэнъ три месяца не выходил из дворца. А все мастера меча покончили с собой в своих квартирах.

Глава XXXI РЫБАК Прогуливаясь по лесу в местечке Цзывэй, Конфуций присел отдохнуть на холме среди абрикосовых деревьев. Ученики заучивали книги, а сам Конфуций пел и подыгрывал себе на лютне. Не успел он спеть песню до половины, как некий рыбак вышел из лодки и приблизился к нему. У него были седые виски и брови, волосы спадали на плечи, рукава свисали вниз. Взойдя на ровное место, он остано­вился, левой рукой оперся о колено, правой подпер щеку и стал слушать. Когда песня кончилась, он подозвал к себе ЦзыГуна и ЦзыЛу.

— Что это за человек? — спросил незнакомец, указы­вая на Конфуция.

— Это благородный муж из царства Лу, — ответил ЦзыЛу.

— А из какого он рода? — Из рода Кунов.

— А чем занимается этот человек из рода Кунов? ЦзыЛу промолчал, а ЦзыГун ответил:

— Этот человек, по природе преданный и верный, в сво­ей жизни претворяет человечность и долг. Он совершен­ствует ритуалы и музыку, упорядочивает правила благо­пристойности, заботясь, вопервых, о преданности госу­дарю и, вовторых, о воспитании народа. Так он хочет обла­годетельствовать мир. Вот чем занимается учитель Кун.

— А владеет ли благородный муж землей? — спросил рыбак.

— Нет.

— Состоит ли он советником при царе? — Нет.

Незнакомец улыбнулся и пошел прочь, говоря на ходу: “Может, он и человечен, да, боюсь, самого себя не убере­жет. Обременяя так свой ум, изнуряя свое тело, он губит подлинное в себе. О, как далеко отошел он от Пути!” ЦзыГун вернулся и рассказал о рыбаке Конфуцию. Тот отложил лютню, поднялся и сказал: “Уж не мудрец ли он?” Тут он пошел за рыбаком вниз по реке и догнал его у берега озера. Рыбак уже навалился на весло, собираясь отчалить, но заметил Конфуция и повернулся к нему ли­цом. Конфуций быстро отошел назад, поклонился дважды и приблизился к рыбаку.

— Чего ты хочешь? — спросил рыбак.

— Только что вы, учитель, на чтото намекнули и ушли. Я, недостойный, не догадываюсь, о чем вы хотели сказать. Позвольте мне смиренно стоять здесь в надежде услышать ваши драгоценные наставления, дабы ваша помощь мне не осталась втуне.

— Ого! Какая любовь к учению! — ответил рыбак.

Конфуций поклонился дважды и замер.

— Я с детства учусь, не пропуская ни дня, а мне уже шестьдесят девять лет, — сказал он. — Однако я так и не встретил того, кто мог бы преподать мне высшее учение. Могу ли я не очистить в своем сердце место для этого? — Подобное по естеству тянется друг к другу, подобное по звучанию откликается друг другу — таков Небесный Порядок. Не будем говорить о том, кто я таков, а поговорим о том, чем занимаешься ты. Ты озабочен делами людей. Когда Сын Неба, удельные владыки, служилые мужи и простолюдины находятся на своих местах, в мире царит порядок. Если же они окажутся не на своих местах, в мире вспыхнет великая смута. Пусть чиновники исполняют свои обязанности, а простые люди занимаются своим делом, тогда никто никому не будет мешать. К примеру, если в по­лях не выполоты сорняки, крыша течет, еды и одежды не хватает, подать нечем уплатить, жена и наложница не жи­вут в мире, молодые непочтительны к старшим — все это заботы простого человека. Если ктото не справляется с по­ручениями, нет порядка в ведомствах, служащие нерадивы, за добрый поступок не награждают, за преступление не лишают чина и жалованья — это заботы служилого мужа. Если при дворе нет праведных советников, плетутся интри­ги, в семье разлад, мастеровые нетрудолюбивы, податей и дани привозят мало, чином обходят в столице, Сын Неба не жалует — таковы заботы удельного владыки. Если Инь и Ян не в согласии, жара и холод приходят не вовремя, посевы терпят урон, удельные владыки бесчинствуют и сами зате­вают войны, заставляя страдать простолюдинов, музыка и церемонии запущены, казна пуста, нравы портятся, просто­людины бунтуют — таковы заботы советников Сына Неба.

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 39 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.