WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 || 28 | 29 |   ...   | 32 |

Далее мы попытались внести ясность в смысл такого понятия, как «планирование ради религии». Каков смысл это­го понятия? Ответ на этот вопрос очень важен не только для собственно религиозной сферы, но и за ее пределами, так как проливает свет на исследование смысла планирования во всей духовной сфере. Первая реакция на вопрос о том, нужно ли планирование в духовной жизни, у любого из нас будет безусловно отрицательной. Это объясняется, однако, неспо­собностью понять, что термин «планирование» может озна­чать нечто иное, чем тоталитарная регламентация. Однако, не­много поразмыслив, мы вынуждены признать, что даже в нашем [539] неплановом обществе мы постоянно делаем чтолибо для обра­зования, искусства, науки и религии. Полное «невмешательство» в эти сферы не было возможно раньше и невозможно в наше время. Новой отличительной чертой века планирования будет то, что для нас значительно прояснятся принципы нашей под­держки развитию и распространению культуры; если мы бу­дем стремиться к планированию ради свободы, то станем еще тщательнее относиться к выбору средств, способствующих развитию духовной жизни. Это приведет к еще большей ясно­сти относительно сущности и возможных изменений планиру­емой нами субстанции.

С точки зрения планирования необходима разработка двух аспектов христианских оценок. Первый аспект выражает приспособление. Христианские оценки, как и любые другие, пытаются регулировать отношение и поведение. Как таковые, они связаны с приспособлением человеческого действия к окружающей среде, особенно к среде изменяющейся. Христи­ане в большинстве своем не хотят признавать приспособительный характер христианских норм поведения. Как я указы­вал, это нежелание объясняется либо неправильным понима­нием термина «приспособление» (что совсем не означает «компромисс», компромисс это только одна из форм при­способления), либо тем фактом, что христианская мораль слишком часто подчеркивает достоинство непротивления. Это, однако, вовсе не означает отрицание приспособления, а всего лишь высокую оценку неагрессивных подходов к жиз­ненным проблемам. То, что христианство на практике не могло означать отказа от приспособления и игнорирование конкретной ситуации, доказывается самим фактом выживания христианства. Этот факт свидетельствует о том, что христиа­не приспосабливались к изменяющейся ситуации и что это приспособление было продуктивным, однако делали они это в большинстве случаев довольно неосознанно. Пока преобла­дали хилиастические ожидания приближающегося конца све­та такое пренебрежение конкретной ситуацией могло быть оправдано. Однако когда стало ясно, что эти надежды надо отложить, и когда наконец получила развитие идея историч­ности, проблема жизни в постоянно меняющемся мире стала весьма актуальной.

С моей точки зрения, именно сильная сторона прагма­тизма как философии делает ясным приспособительный, кор­ректирующий характер человеческого поведения. Эта ясность и честность в отношении того, что действительно имеет место в человеческом действии, вовсе не является недостатком со­временного мышления. С моральной точки зрения более вы­сокая жизненная форма приспосабливается к изменяющимся условиям скорее на сознательном, нежели бессознательном [540] уровне адаптации. Пока наше приспособление сознательно, мы всегда в состоянии ясно и четко сказать: «До этих пор я могу признать факты меняющейся среды, здесь я должен ос­тановиться и оказать сопротивление». Приспособление к не­желательной ситуации будет состоять в своего рода действии, индивидуальном и коллективном, ищущем средств временно­го ухода с арены общественной деятельности, будь то путем мятежа или реформы. Сознательное признание приспособительного характера действия дает христианину возможность быть прогрессивным, ответить на вызов res novae69, не став при этом жертвой изменений. Поскольку у христианина другой источник направления своей деятельности, кроме простого желания приспособления и успеха, он всегда может провести ясную грань между приемлемыми и неприемлемыми для него типами приспособления.

Именно здесь приобретает значение другой аспект хрис­тианских оценок, находящийся вне рамок прагматизма. Этот ас­пект христианских оценок (как и любых других оценок, имеющих более глубокую цель, нежели простое выживание и равновесие с окружающим миром) выражается в том факте, что христианин не просто стремится приспособиться к окружающей среде, но и сде­лать это с помощью моделей действия, гармонирующих с его жизненным опытом. Именно из этого источника проистекает традиционалистский и консервативный элемент христианского дей­ствия. Христианское действие имеет свое направление, посколь­ку ему присуще определенное видение жизни, которое не исчеза­ет, хотя и подвергается постоянным изменениям. Эта субстанция постоянно сосредоточивает мышление и деятельность на опре­деленных проблемах и разделяет вызовы окружающей среды и ответы на них на желательные и нежелательные.



Осознание важности этого видения жизни привело нас к более тщательному исследованию социологической значи­мости парадигматического опыта. На уровне прагматического подхода индивиды и группы могли бы выжить только в случае правильного, т. е. эффективного приспособления к постоянно меняющейся обстановке. Более глубокий анализ показал, что общество, основанное исключительно на практике эффектив­ного приспособления, рано или поздно приходит к дезинтег­рации: начинается этот процесс с дезинтеграции характера и поведения его членов, затем наступает полный паралич в сфере активности и наконец парализуется всякая совместная деятельность, поскольку исчезает ее глубинный смысл. Очень вероятно, что наблюдающаяся в настоящее время апатия в большинстве цивилизованных обществ хотя бы частично объясняется исчезновением парадигматического опыта и, возможно, ослаблением исконных образов, придававших в прошлом смысл человеческому действию.

[541] Дальнейшее исследование природы парадигматичес­кого опыта показало, что частично он восходит к древнейшей истории человечества. Эта история сохранила исконные об­разы, истекающие из древних глубин сознания. Эти архетипы действуют через религиозную традицию и в прошлом обеспе­чивали интеграцию не только человеческой личности, но и социальных моделей. Если социальный климат характеризу­ется общим конвенционализмом, то архетипам свойственна тенденция к окостенению. Однако даже в таком состоянии они обладают скрытой силой, которая может стать опасной, если жизнь общества приобретет динамический характер. Всегда возможны внезапные вспышки, неожиданное оживление пер­вичного видения жизни. Еще более глубокое исследование необходимо для понимания природы гуманистического и ком­мунистического типов парадигматического опыта. Совершенно ясно, что по своему происхождению они в конечном итоге также архаичны. Однако их историческое преобразование отличается по своему характеру от типов, унаследованных этим веком от религиозной традиции. В них больше элементов рационализма. И в этом смысле они лучше приспособлены к преобладающей тенденции увеличению доли Ratio70, но они разделяют также и судьбу Ratio. А судьба эта состоит, по всей вероятности, в том, что на своей ранней стадии Ratio динами­чен, синтетичен, полон утопической напряженности; однако когда жизнь становится более упорядоченной, растет безо­пасность и развивается разделение труда, преобладающими становятся аналитические аспекты Ratio. Результаты этого процесса могут быть довольно ценными, однако модель ана­литического мышления, превратившись в образ жизни, скорее подрывает человеческие отношения, нежели интегрирует их.

Из различия между приспособительным характером и парадигматическим видением христианского действия выте­кает, что, с одной стороны, христианин должен быть консер­вативным в отношении сути христианского жизненного опыта, а с другой стороны, прогрессивным для понимания измене­ний, происходящих в современном мире.

Нет никакого противоречия в том, чтобы руководство­ваться древним видением в качестве основы жизненного опы­та и в то же время понимать потребности и возможности но­вой ситуации. Первое дает направление всем действиям, пос­леднее способствует установлению связи с настоящим вре­менем и не позволяет уклониться от участия в историческом процессе.

[542] 9) Экономические аспекты возникающей социальной структуры Если мы хотим избежать исторического абсентеизма, то одна из основных задач христианского мышления при ны­нешних обстоятельствах состоит в определении того, какие аль­тернативы социальной реконструкции наилучшим образом со­вместимы с основой христианского видения жизни. Ставя вопрос таким образом, следует признать, что ни христиане, ни любая другая группа не могут формировать общество, исходя исклю­чительно из собственного видения. Существуют две или три модели социальной организации, из которых нужно выбрать одну. Поскольку это не готовые модели, а скорее динамичес­кие тенденции, было бы правильнее сказать: необходимо примкнуть к той тенденции, которая обещает создать наилуч­шие возможности для типа жизни, близкого к твоему видению. Наше исследование утверждает, что возникающая модель «планирования ради свободы» основывается на видении об­щества, которое само по себе вовсе не обязательно христи­анское, но создает условия, при которых в современном об­ществе возможна христианская жизнь. Эта модель своевре­менна в той степени, в какой она сознает необходимость пла­нового общества. Она, однако, не уничтожает свободу, а ско­рее планирует ее рамки. Согласно этой модели, общество является планируемым, однако планирование согласовано демократическим путем, хотя смысл демократии в век массо­вого общества должен быть пересмотрен, во многих аспектах продуман заново и приспособлен к современной ситуации.





Коммунисты и фашисты также планируют свое обще­ство, однако они разрушают ценности западной цивилизации и уничтожают свободу, демократию и уважение к личности. В противоположность этому демократическая форма плани­рования будет делать все, чтобы планирование было совмес­тимо с этими ценностями. Было бы ошибочным представлять дело таким образом, что третий путь, модель «планирования ради свободы» существует как проект. Но ведь ни коммунизм, ни фашизм не начинали с готовых планов. Можно, однако, утверждать, что в различных местах и областях человеческой деятельности работают люди, ищущие и нащупывающие тре­тий путь з экономике, политике, политической науке, социоло­гии, образовании и т. д. Часто они не знают о работе и вкладе других людей в это дело. Поэтому настоятельно необходимо объединить как можно больше людей и их изолированную деятельность с помощью интегрированной цельной модели.

В настоящее время необходимо приложить усилия для того, чтобы еще более отчетливо разработать принципы, ле­жащие в основе модели демократического планирования и отличающие его от тоталитарных форм планирования. Столь [543] же необходимо рассмотреть вопрос о том, как эти принципы могут быть применены в конкретной жизни. Если, к примеру, понаблюдать за направлением развития экономической мыс­ли, то легко различить тенденции, более или менее созна­тельно действующие в одном направлении. Следует противо­поставить мысли экспертов, которые как в теории, так и на практике сознают, что в будущем необходимо и неизбежно овладение техникой плановой экономики, мыслям тех экспер­тов, которые хотят сохранить простор для инициативы там, где она совместима с генеральным планом. Такая постановка вопросов и конфронтация точек зрения чрезвычайно необхо­димы, а различия во мнениях, которые непременно появятся, не должны позволить нам уклониться от ответственности. Мы можем обнаружить, например, что некоторые мыслители стремятся изменить как можно меньше в традиционной сис­теме рыночной экономики и ввести меры централизованного контроля лишь там, где это абсолютно необходимо для ос­лабления разрушительных последствий экономического цик­ла. Другие полагают, что планирование должно глубже вне­дряться в экономическую и социальную структуру. Будет, ра­зумеется, полезно открыто высказать различные точки зрения, поскольку это поможет нам увидеть, чего стоит каждое реше­ние с точки зрения дополнительных предписаний. Если бы существующие разногласия во мнениях были тщательно про­работаны, то мы по крайней мере знали бы, по каким вопро­сам они имеют право на существование. Обогащенные таким образом, мы не должны слепо переходить к тоталитарной регламентации, мы должны жадно впитывать все то, что мы называем свободой.

Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 || 28 | 29 |   ...   | 32 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.